Лесная колдунья

В пекло шведские пушки и мушкеты! На нашей стороне скорость и маневренность, и позицию на холме заняли удобную... 

 Глеб послушно ждал приказа, разглядывая тех, с кем скоро бок о бок предстоит биться в кровавом сражении. Взгляд ротмистра невольно остановился на смешливом, быстром как ртуть молодом поручике. Удалец крутил рыжий ус и громко хвастался победами на амурном фронте. И Глеб подумал о семье. Если не вернётся из похода, жена переберётся к сестре, а сыновья – взрослые, воины. Гетман о них позаботится…Жаль, дочку замуж выдать не успел…

 Немного погодя возвратился отряд разведчиков-татар.

 Надоедливый осенний дождь незаметно прекратился. Из-за туч стыдливо выглянуло бледное солнце. Войны приободрились и повеселели. Среди солдат послышались разговоры. 

– Кого я вижу! – басисто пророкотал седой здоровяк на вороном жеребце. – Старый вояка дослужился до ротмистра! Неужто, пан Богуслав, Вишневецкий отказался тебе платить? Или золото короля Жигимонта блестит ярче? А то, может, подраться захотелось, надоело за селянами присматривать и в костёле молиться?

 Глеб почему-то ничуть не удивился, когда его назвали незнакомым именем.

– Рад тебя видеть живым, пан Дуброва! – приветливо улыбаясь, проговорил он. – Угадал, подраться захотелось, я, понимаешь ли, рыцарь, а не баба… Сколько ещё без настоящего дела сидеть?! И сынов пора в люди выводить! – Глеб указал давнему приятелю на двоих парней в кирасах с гусиными перьями.

 Юноши, с любопытством разглядывавшие знакомца отца, в знак уважения вежливо наклонили головы в шлемах. Пан Дуброва заметил, как в глазах ротмистра промелькнула отцовская гордость. И, правда, славные хлопцы получились, дай Бог им стать такими же добрыми воинами, как отец! 

– А золото Жигимонта для меня не лишнее, сына старшего женить затеял, и дочка – невеста. 

Пан Дуброва захохотал:

– Стареем мы с тобой, дружище, годов через пять на печи будем лежать, жидкую кашу есть и с бабами ложками воевать.

Тут Глеб увидел, словно со стороны, того, кого называли Богуславом Родкевичем. Безусловно, это был он, Глеб. Но до чего он постарел! На лице появились глубокие морщины, в волосах серебрилась седина. Несмотря на возраст пожилой воин в гусарской кирасе уверенно сидел на крепком кауром жеребце, сильной рукой сдерживая резвую лошадь.