Зеркальные миры. Хранители Эрохо

Свеча, прикрываемая от сквозняка маленькой кистью, высветила сжатые в линию губы и упрямую складку между бровей. Если бы Амари не видел ее в лесу и у эшафота, то решил бы, будто Инари в бешенстве. Голос ее, однако, оставался ровным. — То, что в Нозароке нравы достаточно вольны, еще не означает, будто подобное поведение приветствуется.

— Моя рэя! — стебли предательски затрещали. Амари не хотел перебивать, но безумная выходка грозила завершиться, причем вовсе не так, как он рассчитывал.

— Или вы спутали Нидос с Сурэей.

.. или Моревией? — Инари схватилась за створку, намереваясь закрыть окно.

Амари попытался удобнее поставить ногу и переложить часть веса на руки. Оперся о голову правицы сильнее и едва не сорвался.

Инари испуганно вскрикнула, всю ее показную строгость как ветром сдуло. Беспокойство возлюбленной или, может, собственный страх придал Амари сил и решимости, он наконец отыскал более надежную опору, да и терять было практически нечего: его либо примут, либо нет.

— Инари! — воскликнул он.

— Моя госпожа, позвольте!.. Иначе я боюсь совсем упасть… духом.

— Да-да, — прошептала она, отстраняясь и открывая настежь окно. — Ваше высочество... пожалуйста, осторожней.

Амари оттолкнулся от несчастной лепнины, повис на одной руке и, подтянувшись, сел на подоконник.

В ночном платье, с распущенными волосами Инари казалась еще прекраснее, чем днем. Золотые блики от освещавших комнату свечей трепетали по бледной коже и путались в тяжелых локонах, фиалковые глаза сияли ярче звезд.

— Инари, — он неосознанно потянулся к ней и едва не свалился с подоконника от резкого окрика.

— Ваше высочество!.. — Наваждение исчезло. Дыхание сорвалось, словно Амари на полном скаку влетел в реку. Инари качнула головой и отвернулась. Когда она зажигала оставшиеся свечи, превращая легкий сумрак в ясный день, ее руки слегка подрагивали.

Решимость на грани безумия, захватившая сердце на улице, таяла, будто лед на ласковом весеннем солнце. Спеша не позволить занять ее место робости, Амари удобнее сел на подоконнике, перекинул ноги в комнату и спрыгнул.

Чтобы неминуемо упасть к ее ногам. Получилось эффектно, вот только колени подогнулись сами.

— Вам плохо? — подходить Инари не стала.

— И плохо. И хорошо. И невыносимо, — Амари попытался схватить ее за руку, но Инари отшатнулась.

— Вы пьяны, — она судорожно вцепилась в подол платья. Тонкие пальчики немилосердно скомкали ткань, но она не заметила этого.