Песнь золотого дракона

— Оставим эту тему, доверять вам я всё ещё хочу!

Опалила дыханием щёку и ухо, пройдя близко и опять развернувшись, ожидая, пока Корган обойдёт вокруг неё.

— Вам достаточно просто сказать, — Корган не отказал себе в удовольствии тоже прошептать, склонившись близко: слишком сладко от Эмеральды пахло ромашками, утром и счастьем. — Я ваш покорный слуга, одно слово - и я не посмею снова оскорбить ваш слух неприятными вам рассуждениями.

— Нет, так тоже нельзя! — принцесса вспыхнула то ли от гнева, то ли от близости тел.

— Если только слуга - так нельзя! Тогда не будет свободы, а когда нет свободы, счастье тоже невозможно, поэтому вы лучше продолжайте говорить, а я буду продолжать с вами спорить!

— И зачем? Не проще освободить время для других занятий? — Корган в очередной фигуре танца осторожно сжал ладонями плечи принцессы, стараясь не помять нарядную одежду. — Или у бессмертных принято тратить время на всё подряд, даже самое бесполезное и неприятное?

— У бессмертных принято жить так, чтобы потом было не стыдно перед собой, — Эмеральда тоже дотянулась до его плеч.

— Иначе стыд будет мучить вас всю вашу бесконечную жизнь впредь!

— Действительно страшно. — Корган представил и ужаснулся: тысячи лет возвращаться в воспоминаниях к самым позорным моментам жизни. — Как же вы соблюдаете свою свободу, чтобы не вредить чужой?

— Очень просто.

 — Они закружились, свет костра перемешался с сиянием самой принцессы. — Мы знаем свои и чужие пределы! А покушение на чужую свободу может кончиться очень плохо, в этом замешана и магия тоже.

Принцесса сделала значительное выражение лица, но долго не продержалась, рассмеялась, слишком счастливая и весёлая для мрачных разговоров о магии и предопределенностях.

— Так уж вышло, может быть, я вас удивлю, — Корган закружил её ещё раз.

— Я не альв! И с магией у меня ничего не связано!

— Да что вы говорите, сэр рыцарь-человек, победитель всей грязи в округе Благого двора! Скажу больше: ваше признание стало для меня полной неожиданностью! — В изумрудных глазах появился лукавый блеск. — Кто бы мог подумать, что очевидные вещи для кого-то настолько неочевидны. 

Танцевала альва так, что смотреть на неё было особым удовольствием.