Холодный жар измученной души

— Кред сказал, что у тебя появились способности к магии. Это правда? Если так, Мелиссэ это не понравится. Что планируешь делать?

Эредин нервно вдавил ногти в ладони, отвернувшись. Этот придурок Кред когда-нибудь может держать язык при себе? Вот все ему надо рассказать, не сидится на месте. Юноша без эмоций уставился куда-то вперед, закатив глаза.

— Я планирую заказать еще эля, Эванесса.

Разговоры совсем рядом тонули в громкой музыке, но это не могло заглушить всей той грязи, что слышал неумелый маг. Он прекрасно знал, о чем болтали люди в этом заведении: у постояльцев на уме только секс да выпивка.

Хотя чего можно ожидать в подобном заведении? Парень поморщился. Сам ведь сюда приходил любоваться девчачьими формами и их изящными движениями.

— На самом деле, я не понимаю, почему это вдруг начало проявляться только сейчас, — Эредин, немного охмелев, с вопросом уставился на хозяйку, которая только тихо хмыкнула. — Знаешь что-нибудь об этом?

— Ну, — женщина поправила свою короткую прическу, с минуту пребывая в задумчивом молчании.

— Никто точно не  знает, как я слышала. Я и сама удивлена. Вы точно уверены с Кредом, что ты использовал магию?

— На меня чародейка напала. Потом я... — Эредин осекся, напрягшись. — Точно уверены.

— Если верить слухам, силу волшебников можно сдерживать лишь в том случае, если наложить какое-то проклятие или заклинание, я не знаю наверняка, не разбираюсь во всей этой дребедне. Но заклятье срабатывает, если этим заниматься с рождения. Поговаривали, что это раньше проделывали с детьми, у которых с малолетства лучилась темная магия, — Эванесса пожала плечами, чуть наклонилась, оперевшись руками о стойку, и с намеком вскинула бровь.

— Ты же понимаешь, что это невозможно? Твоя мать не владела магией. Никогда.

— А еще что, если исходить из слухов?

— Ничего толкового и вразумительного. Просто у некоторых это позже появляется по непонятным причинам. И я очень уж сомневаюсь, что за тебя возьмутся профессора. Все же учат там с детства, — Эванесса с сочувствуем качнула головой и накрыла ладонью чужую.

— Эредин, в мире много...

— Нет, —  резко отозвался парень, растянув уголки губ в слабой ухмылке. — Эванесса, ты и сама знаешь, каково это — быть на дне и цепляться за любой, даже отвратительный шанс, чтобы стать кем-то. Я устал смотреть на матушку, устал слушать ее отговорки, что так будет лучше. Я не из тех, кто не готов рисковать. Мне нечего терять.

— Но Мэлиссе...

— С ней все будет хорошо.