Имперская сказка

Ради такого стола вполне стоит оставаться в иллюзии, а если это правда, то у меня еще 37 лет впереди, будет возможность наслаждаться такой вкусной едой почти до 1918 года.

После обеда приступил к занятиям, отвергнув все попытки Джорджи выманить меня в парк. Я всегда любил учиться, а в этом мире, где нет ни телевидения, ни интернета, это легче, меньше отвлекающих соблазнов. Итак, у меня почти два часа до пол десятого. Что же в первую очередь? Конечно, русская грамматика. Эти чертовы ять и буквы «и» двух видов, как же не просто перестроиться.

Но надо, перед Иваном Федоровичем было действительно сегодня стыдно. Затем математика, попробую хоть на какое-то время сохранить веру Евтушевского в замечательные способности его ученика. А завтра буду заниматься только русским и французским.

В пол десятого указания Радцигу на завтра, душ, чтение книги Джорджи перед сном. Итак, третий день жизни во дворце в роли цесаревича закончился. Все страхи первых дней оказались, кажется, напрасными.

Конечно, кому бы взбрело в голову, что наследника российского престола подменили, да еще и таким дьявольским способом оставив тело, но украв душу.

Глава 9

Генерал Григорий Григорьевич Данилович пропустил завтрак так как отчитывал фельдфебеля Плешакова.

– У тебя есть план занятий, после строевой и штыковых упражнений на плацу, огневая подготовка, и не тебе менять составленный порядок. Как ты посмел. Вообразил себя генералом?

– Ваше Превосходительство, Его Высочество сам отказался стрелять и приказал остаться на плацу!

– Как так?

– Его Высочество изволил стрелять по бутылкам вместо обычной стрельбы по воронам и бродячим тварям, а когда я сказал, что нет времени найти бутылки, приказал продолжить занятия на плацу.

– Такое раньше бывало?

– Никак нет Ваше Превосходительство! А к следующему занятию он приказал построить тир как в армии!

Данилович на минуту задумался.

– Возьми солдат из охраны сколько нужно, и к субботе оборудуй тир по всем правилам у стены возле адмиралтейских ворот.

– Позвольте сказать Ваше Превосходительство.

– Да.

– Цесаревич переменился! Вроде такой же, а смотрит по-взрослому, нехорошо смотрит, словно бес вселился.

– Не сметь!! Фельдфебель, если еще раз такое услышу, дослуживать будешь на Камчатке!

Утро выдалось пасмурным. Дворец не золотился, а был серо-стального сурового цвета.