Эльфийский талисман

Владимир. Юрий.

Мужик снова задумался.

–Апина! – нехотя выдавил он, дотронувшись до кончика носа. – Апина Лихаси ори Басина.

Мужик показал на видневшуюся вдали деревню.

–Басина, – объяснил он. – Вилари Басина.

Мужик помолчал немного.

–Атни! – корявый палец показал на угрюмого подростка.

Подросток презрительно фыркнул, крепче вцепившись в рукоять ножа. Тем временем отцовская ладонь отцепила от штанины цепкие мальчишеские пальчики.

–Оти! – заодно мальчишка получил от отца и звонкий подзатыльник.

–Ну вот, – обрадовался Володя. – Процесс пошёл, как говорил первый и единственный президент Советского Союза.

–Оти! – повторил мужик. – Кару-фэ и вилари, тарв-о ре Машар...

И ещё целый ворох столь же непонятных слов.

–Уа-уа, папи-ка! – обрадовался мальчуган.

Передав отцу лукошко с ягодами и молодыми побегами папоротника, он со всех ног припустил к виднеющейся вдали деревне. По ветру заполоскали полы ветхой рубашонки, чёрные пятки поднимали фонтанчики красноватой пыли.

–Мальчики, я боюсь! – шепнула Анечка. – Сама не пойму, просто тревожно...

–Сама подумай, Анхен! – успокаивал подругу Володя. – Мы не преступники, не бандиты какие... Лошадь взяли, но мы же не виноваты, что хозяин сбежал. И потом, мы же её и вернули... Взаимопонимание, вроде бы, налаживается...

–Луби коас шайора, – подтвердил мужик. – Вота-о вилари, Басина-са. Ре Машар деса-ко феир, са луби...

Взявшись за вожжи, Юра в который раз убедился, что лошадь совсем не похожа на автомобиль – ступив на больную ногу, Фру-фру возмущённо заржала.

–Рета, рета! – в конце концов, не выдержал мужик. – Феир-то, ша-эс, ремаль-ни...

За этим последовало ещё несколько адресованных москвичам слов, явно не содержащих в их адрес ничего лестного. Обойдя лошадь кругом, хмурый подросток присел на корточки, выхватив из ножен широкий нож. Надя вскрикнула.

–Атни путаси-та... – объяснил мужик. – Ша-эс латира.

Из-под подковы вылетел крошечный камушек – поднявшись, хмурый подросток небрежно вбросил нож в ножны. Потянувшаяся в поисках лакомства Фру-фру получила по губам – после чего крестьянин и его сын дружно взялись за ремни. Следившие за ними москвичи так и не поняли, в чём тут фокус – зато теперь упряжь сидела на лошади, словно влитая. Встав рядом с телегой, мужик легонько ударил Фру-фру по заду вожжами.

–Йо-о! – скомандовал он, слегка причмокнув.