Диван Набокова

- Извините, - сказала Алиса, - на этом диване у нас сидеть не принято.

- Прекрасный диван, - удивился господин, - почему же нельзя?

- Это мемориальный диван. По документам он из дома Набокова.

- Вы хотите сказать, что это диван Набокова? - расхохотался гость, - потому на нем нельзя сидеть? А можно... - он проглотил скабрезность и торжественно пообещал: - Ну, если он войдет, я встану!

И опять захихикал, словно сам придумал бородатую остроту. Но вдруг смех оборвался — господин встретился взглядом с Ириной Альбертовной.

- Дежурная совершенно права, - бесцветно проговорила хозяйка, - на этот диван садится не принято.

- Хорошо-хорошо, - забормотал осквернитель святынь. Он послушно поднялся, но стоило ей отвернуться, издал короткий смешок и подмигнул Алисе, приглашая и ее посмеяться.

- Сейчас будет «Король на площади», - пообещал он, - а потом мы поговорим еще. Надеюсь прочитать ваши стихи!

Он играл Шута и был в этой роли вполне уместен, но Алиса чувствовала себя так, словно наелась тухлятины.

Слушать стихи не хотелось. И не верилось, что тот город  действительно плох... Это всего лишь эпизод, страшный сон, а на самом деле там хорошо. Море теплое, на улицах торгуют фруктами и свежевыпечеными пирогами, чайки носятся над черепичными крышами.

Она унеслась мыслями в далекий город у моря — не блоковский, а тот, что прятался под краской на первом этаже. Он же часто появлялся в ее стихах и рисунках — дому надо было только подтолкнуть, и Алиса охотно отправилась в путешествие.

Сквозь кроличью нору, сквозь зеркало, сквозь стены.

Она продолжала машинально рисовать, и с сожалением отложила блокнот, когда прозвучали последние строки. Были апплодисменты, поздравления, восторги. Мужчины помогли расставить столы и стулья. Наконец, стали расходиться. К тому времени Алиса хотела одного — добраться до дома, поесть и завалиться спать.

Жидкобородый, похоже, был настроен решительно.

Он уже выразил желание проводить очаровательную девушку до дома, Алиса отмахнулась, и  с досадой думала, что без скандала не обойтись. Ему захотелось курить, он пообещал ждать у двери. Можно было попробовать выйти черным ходом, через двор. А там, вроде, парадная проходная. До метро придется крюк сделать, ну ничего...

Не подозревая о ее коварных планах, самоуверенный кавалер шагнул на лестницу.

И оказался на вершине ледяной горы.