Отбор

Оставалось только выяснить, решила ли она сама расквитываться с соперницей или же ее кто-то надоумил. Судя по тому, как легко ей давалась роль высокомерной заводилы, то, пожалуй, все же сама. Обзавелась свитой из двух подружек и принялась за то, что ей удавалось лучше всего: давить на тех, кто находится на ступень ниже по социальной лестнице. Паркер уже приносил пару досужих сплетен про семейство Кронских. Титул, богатство, они владели прекрасным поместьем на берегу реки «Синим домом» и тремя переправами. Отец Мауры — Эдмон Кронский, чванливый выскочка-делец, его отец выслужился у короля и получил титул, едва получив его, он тут же задрал нос и разорвал связь с остальным семейством, избавившись в фамилии Покронский, от первых двух букв ради благородного звучания.

Нечестные сделки, закладные и векселя. Покопаться было в чем, помимо того, что и сама дочь последовала нечестным путем, предоставив фальшивую метрику.

— Рана — случайность. У меня абсолютно не было намерений завладеть вниманием Его Высочества. А если он уделил мне время, то это лишь заслуга его доброго сердца.

Поймите меня верно, леди, я не переоцениваю свои возможности относительно Его Высочества, но если он счел нужным уделить мне достаточно внимания, то кто я такая, чтобы перечить его воле?

Возмущенный вздох. Это ноздри Нэнси округлились, и она выдохнула так шумно, что эхо прокатилось дальше по коридору.

— Не злите нас, баронесса.

«Нас» — присоединение, которое Миранда слышала миллионы раз, когда поначалу еще испытывала надежду, что светское общество Черных земель способно принять ее вновь.

Хорошо накрашенные, причесанные и разодетые девицы, они часто говорили это «нас» и морщили свои аристократические носы, тут же отворачивая их.

«Вы недостойны нас, Миранда, простите, но мы больше не можем называться подругами».

«Мы оскорбляете нас своим присутствием».

«Нам жаль, Миранда, но вам лучше уйти…».

— О, я даже не пытаюсь. Прощу, меня простить, леди. Я всего лишь считаю, что противиться воле принца — это приравнивается к государственной измене.

Его волей я здесь, его волей я дошла до третьего круга и если же его волей я покину Отбор, то так и будет. И если вы хотите это оспорить, то сообщите господину Хаскьеру, что вам неприемлем выбор Его Высочества.

Маура открыла рот и тут же закрыла, Нэнси окончательно позабыла, что же ей делать со своим подбородком, нижняя челюсть, к слову, также приоткрылась, а вот Мартиша сложила руки на груди, отчего сапфир тоскливо блеснул в свете настенных ламп.