В сказке, так в сказке

Они методично заходили в каждую юрту и забирали всё ценное, насиловали или выволакивали оттуда молодых женщин, связывая их в вереницы, чтобы гнать рабынь в сторону замка. Всех остальных: детей, стариков или тех, кто пытался сопротивляться, — просто убивали. Как потом мне сказали, это был приказ Багера — уничтожить всех гуров. Я кружил над разоряемым лагерем и не знал, что мне делать. Крики и плач не прекращались ни на минуту. Как остановить это зверство, я не знал. Начать убивать воинов герцога, но и это ничего не изменит.

Они не поймут, за что я так поступаю с ними. Ведь разорять и грабить поверженного врага — это обычное дело в их мире. А насиловать женщин вообще — право победителя.       

Чтобы не видеть и не слышать всего происходящего, полетел к замку, а там забрался в свой сарай и лёг спать. Сон — это лучшее лекарство от всяких мыслей. По всей вероятности, я сильно устал и морально, и физически — поэтому сразу уснул.       

Очнулся оттого, что кто-то сильно теребил мою голову.

В темноте разглядел Ойгуль, которая сидела рядом и трясла меня, пытаясь добудиться. Девушка была вся в слезах. Увидев её в таком состоянии, я моментально оживился.       

— Что случилось, девочка? — ласково, насколько позволял мой голос, спросил я её. — Кто тебя обидел?       

— Андр, ну наконец-то ты проснулся, — попыталась улыбнуться Ойгуль, вытирая слёзы, — пойди хоть ты уйми Багера. Нет у меня больше сил слышать эти душераздирающие вопли из подвала.

      

— А что там происходит? — не понял я. — Мы же победили, кого ещё надо пытать?       

— Он там издевается над Куок Усулом, избивает его, жжёт калёным железом. Нашёл и притащил в подвал всех трех жён Усула. Приспешники брата мучают, насилуют их на глазах у мужа. Одна из них беременна — живот уже большой. А Багер никак не может насытиться местью — кричит ему: «На, смотри! Нравится? Ты хотел наших девушек в рабство взять, чтобы их… — стыдно мне такие слова говорить, — теперь поймёшь, с кем связался».

Убил бы уже скорее всех четверых, всё равно они не оправятся от таких ран.       

— Ну, а что я могу сделать? — вздохнул я. — Разве он послушается меня? Мы ещё до битвы с ним поцапались — он командовать мною вздумал. Да и чтобы пролезть в ваш подвал, мне придётся пол замка развалить.       

— Ты крикни снаружи — он тебя услышит.