Я переверну этот мир

Но в комнате присутствовал еще один человек. Он расположился возле самого камина в углу, за креслом Елены и, кажется, дремал. Одет незнакомец был странновато: в серый потрепанный плащ-накидку и чудную шляпу с широкими полями, на три четверти скрывающую лицо.

На появление Василисы никто особенно не отреагировал, только Норт ехидно прищурился, заметив ее распухшее лицо. На диване оставалось свободное место, рядом с Ноелем. Девочка хотела присесть рядом, но младший брат широко расставил руки, занимая все свободное пространство.

Это удалось ему без труда, ведь он был весьма крупным мальчиком. Все остальные захихикали, и даже Елена и Луна слегка улыбнулись. Человек в шляпе не шевельнулся. Василиса, стиснув зубы от злости, просто встала рядом.

Все дети сидели напротив Луны, поэтому та с лёгкостью могла заметить, насколько сильно те волновались. Больше всего, казалось, беспокоились двойняшки. Однако Эрик тоже вел себя довольно странно: что-то шептал Норту, подобострастно заглядывая ему в глаза, будто и не дрался с ним утром в библиотеке.

Создавалось впечатление, будто сцена утренней драки начисто вылетела у него из головы.

Вошел Нортон-старший. Не говоря ни слова, он кивнул человеку в шляпе, который даже чуть привстал в знак приветствия. После отец шепнул что-то Елене, и она сердито качнула головой. Нортон-старший еще что-то тихо добавил, а затем, облокотившись на спинку ее кресла, обратился к детям.

— Наступил важный вечер, — начал он. — Вечер, который изменит вашу жизнь… Будем надеяться, что к лучшему.

После сегодняшнего дня Эфлара наконец-то откроется для нас. После долгих двенадцати лет… Господин Мандигор! — Нортон-старший указал на человека в углу. Тот слегка приподнялся и кивнул собравшимся. — Господин Мандигор засвидетельствует результаты посвящения официально. Помимо этого, сегодня окончательно прояснится право наследия.

— Наследником должен быть Норт, — вмешалась Елена. — Я уверена, что часы лишь подтвердят это.

— А если нет? — произнес Норт дрожащим голосом. Кажется, он сильно нервничал.

Все взгляды обратились к отцу, дети ожидали дальнейших его слов. Луна, для приличия, делала то же, что и другие.

Нортон-старший улыбнулся:

— Не бойся, Норт… Я уверен, что ты покажешь блестящий результат. Вы уже знаете, что в нашем роду, из поколения в поколение, передается некая сила, — продолжил отец. — Особая, удивительная.