Заклеймённый

Суровые, проникающие прямо в голову, умные глаза, резкие, слегка надменные линии квадратных скул, гордая осанка и немного смягчающие этот устрашающий вид, кажущиеся мягкими густые волосы. В своей крепко сжатой руке он держал хрупкую ладонь королевы Анжелины, которая не уступала ему в величии. Она казалась хрупкой и беззащитной, но лишь телосложением. Ее миловидное лицо говорило и о душевной красоте и добропорядочности, а так же о неимоверной силе духа и твердости характера.  Эта женщина внушала трепет и уважение и, несмотря на то, что королевская чета не считалась эталоном внешней красоты, смотреть на них было истинным удовольствием.

 

   Девушка слегка повела плечами и немного повернула голову, чтобы расслабить затекшие мышцы от того, что она довольно долго смотрела вверх, и снова посмотрела на портрет. Она сразу узнала принца Филиппа, старшего из наследников трона. Ей никогда не доводилось видеть его воочию, однако благодаря воспоминаниям Амира, Беверли знала его не только в лицо, но и некоторые черты характера.

 Дети у правящей пары оказались все как один привлекательными, но каждый по-своему. Филипп был чуть выше отца и немного крепче, те же внимательные глаза и чуть угловатые скулы, но улыбка, искренняя и добродушная, говорили о легком и веселом нраве. Девушка не без сожаления подумала о том, что ей бы хотелось познакомиться с этим человеком, если бы он был жив. 

   У принца Филиппа был еще один брат и две сестры.

По старшинству, следующей шла принцесса Лилиана, гордая и прекрасная. Она больше походила на мать, однако Беверли ее немного знала, и это давало ей основания отнести Лилиану в разряд более хитрых и меркантильных девушек. Принцесса была известна своими капризами и нетерпимостью.

   Принц Грегори, подобно старшему брату открыто улыбался, являя миру свое добродушие. Он был примерно одного возраста с самой Беверли и славился лишь своей искренностью и благовоспитанностью.

   Маленькая Шарлотта, сегодняшняя именинница, казалась милой феей, пришедшей из сказки. Золотистые волосы, как у матери, завитые в легкие локоны, нежное платьице и добрые глаза. 

   Беверли смотрела на портрет, который сделали, видимо, незадолго до гибели Филиппа и ощущала, как ее сердце наполняется печалью. Они тоже познали горечь утраты - сына и брата, поэтому она искренне сочувствовала им.