Заклеймённый

   - Оно не будет стоить того, если ты отдашь свою жизнь! – голос Самиды надорвался.

   - Мы все, так или иначе, рискуем своими жизнями, даже Беверли. Каждый раз, переступая порог  этого магазина, она подвергает свою жизнь опасности. –  То, как мистер Баркли произнес ее имя, заставило девушку на миг прикрыть глаза и прокрутить его голос в голове еще раз и улыбнуться. 

   - Ты расскажешь ей?

   - Как? Как я могу рассказать ей? – мужчина развернулся к Самиде, и Беверли увидела, как изменилось его лицо.

   - Я знаю, – Самида подошла к нему ближе и коснулась ладонью щеки мужчины. 

   - Я так устал…- почти шепотом повторил Сайрус. 

   - Ты справишься. Никто кроме тебя не сможет. 

   Сайрус сжал руку женщины и вернулся к окну.

   - Как она?

   - Тоже подавлена и растеряна, – Самида больше не подходила к нему, лишь нервно сжимала кулаки, словно стараясь из последних сил сдержать эмоции.

   - Нам не стоило впутывать ее. 

   - Сейчас поздно об этом сожалеть, – глаза женщины все же наполнились слезами. – Подумай о себе и о том, куда отправляешься.

   - Каждый раз ты говоришь одно и то же, – мягко улыбнулся Сайрус. –  Но я должен! Мне необходимо проведать его и знать, что в нем все еще теплится жизнь!

   Самида, обреченно опустила голову.

   - Будь осторожен.

   Мистер Баркли тяжело вздохнул и замер неподвижно. В его руке засиял небольшой металлический круг, который вскоре начал вращаться и мужчина выпустил его из ладони. Круг продолжал двигаться и подниматься наверх,к лицу Сайруса. Через некоторое время пространство перед мужчиной подернулось и стало прозрачным.

   - Достаточно нам Господа, и он – наилучший Покровитель! – сказал Сайрус и исчез в образовавшемся проеме.

Глава 13

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ, В КОТОРОЙ С БЕВЕРЛИ ГОВОРЯТ ЛИЦА НА ПОРТРЕТАХ...

      Беверли стояла напротив огромного портрета, выполненного искусным мастером. На портрете были изображены шесть человек, но даже среди такого количества людей более всех выделялась благородная фигура Джекоби Крайма – короля всего Кармифола. Он не был высокого роста или исполинского телосложения, однако сила и власть читались в его взгляде.