Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

Кто ж ещё с тоски по нему сохнуть может? Жена? Молчаливая, покорная хозяйка, заботливая мать и добрая бабка. Всем она хороша, да только нелюбима… Того, чего ждёт, если она ещё чего-то ждёт от чёрствого мужа, всё равно не дождётся. А посему чего в Тагнут спешить? К тому же здесь, в приграничных лесах, скрыто бесценное сокровище, коим Велибор желал обладать уже многие лета.

— Твои уж все собрались, — разрушил стройный ряд мыслей грубый голос. — Ждёшь кого али так, задумался?

— Гонишь меня? — нахмурившись, Велибор обернулся, всмотрелся в серые глаза.

— Нет, — безразлично ответила богатырша. — Хочешь, ещё постой, подожди, покамест гроза начнётся. По грозе-то скакать веселей.

— Сварливая ты баба, — покачал головой воевода. — Перемолвиться хотел, да Рагдай теперича тенью твоей обратился. Отчего ты главой ихней не стала, ведь были те, кто тебя воеводой звал?

— Воевода дружиннику роднее отца быть должен, — рассматривая лик друга, ответила Рода, — роднее матери.

С кем-то из них я воевала с Аримией; кто-то знает меня как дочь Акима-Горы да встречал, когда я к отцу наведывалась; а кто-то меня вовсе не знает. Рагдай же всем им старший брат уж не один десяток лет. Посему быть ему воеводой, а я подсоблю, коли попросит.

— Вижу, уже попросил, — ухмыльнулся Велибор.

Рода вмиг изменилась в лице, брови сдвинулись, придавая воительнице грозный вид.

— А что прикажешь ему? Он при отце с отрочества, во всём опора.

Да токмо, сам знаешь, одно дело быть воином, другое – за всех ответ держать… за каждую смерть повинным быть. Посему Рагдай помощи моей ищет, а мне не с чего ему отказывать.

— Ладно, — буркнул Велибор. Помолчав, взял её руку, поглаживая нежно, спросил: — Ничего ты от меня не скрыла? Ничего, что знать мне положено?

— Ничего, — невозмутимо отозвалась Рода. — Здесь буду, Рагдаю подсоблю. Наворопники мои разведают, что на уме у ариман… Коли ариманы удар нанесут, то нанесут его по острогу, посему большее войско здесь должно остаться.

— Да знаю я, — отмахнулся Велибор, — чай, говорили уж о том.

— Тогда чего спрашиваешь? — ухмыльнулась богатырша.

— Провожай меня, — шепнул тангутский воевода, сжав крепче её руку.

— В добрый путь, — безучастно отозвалась Родослава.

Гневно фыркнув, Велибор резко развернулся, зашагал вперёд, но, всё же решившись, вернулся.

— Два десятка лет, — прошипел он, — Рода.