Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

Чья-то ладонь коснулась плеча, заставив обернуться.Выразительные глаза супруги предстали перед ним. Лукаво улыбнувшись, Беляна сжала его руку, шепнула:

— Покамест чада заняты, пойдём со мной.

— Ты же терем прибрать хотела, — недоверчиво буркнул Аким, поднимаясь с земли.

— Вот, посмотришь как я управилась, — улыбнулась она, увлекая мужа в глубь сада.

Аким остановился, прижав к себе жену, провёл тыльной стороной ладони по румяной щеке. Пристально всмотрелся в её глаза.

— Кто ты?

— Жена твоя, Беляна, — изумилась она.

Сильнее сжав руки женщины, витязь вкрадчиво заговорил:

— Никогда жена не тягала меня по местам укромным, зная, что чада могут заприметить нас. Иной лаской меня окружала, а не тёрлась, аки кошка.

Беляна перестала улыбаться, щебет птиц и детский смех смолкли разом, солнце перестало греть. Тени поползли к ногам Акима, заволакивая сад. Белая кожа женщины стремительно темнела, руки, вмиг обратившись змеями, сжали шею витязя.

Ухватившись за змеиные тела, богатырь ударил существо коленом в живот, но нога будто увязла в липком чреве.

Женское лицо исказила злая ухмылка, змеиные кольца сдавливали шею, лишая воздуха. Чёрным цветком за спиной существа расцвела тьма, расширяясь, раскрыла объятия. В непроглядной бездне мелькали силуэты, слышались голоса, но слов разобрать не удавалось. Сливаясь в едином шипении и рычании, они тянулись к убийце, питая силой. Существо сделало шаг назад, потянув за собой Акима, ещё шаг и ещё. Богатырь колотил его, впивался пальцами в глаза, но вязкой дымке вреда причинить не мог. Руки и ноги холодели, тьма овладевала им, тащила в воющую бездну.

Яркий свет заставил зажмуриться, не неся ни тепла, ни холода, впился в змеиные тела. Существо заревело, содрогнулось, сворачиваясь клубком, поползло к бездне.

— Батый, — едва различимо прозвучало в потоке света.

Собрав остаток сил, Аким шагнул в сияющий поток, вырываясь из сна.

— Батый, — вновь тряхнув воеводу, встревоженно рыкнул Велибор.

Услышав невнятный хрип, принялся бить по щекам.

Аким вяло отмахнулся, с огромным трудом разлепил веки, но вновь зажмурился от показавшегося невероятно ярким света луны. Кряхтя, Велибор поднял воеводу, усадил, прижав спиной к стене.

— Батый, ты напугал меня до смертушки, — затараторил Велибор. — От хрипа твого проснулся, подлетел к тебе, а ты воздух хватаешь, вздохнуть не можешь. Вот я ставни-то раскрыл, впустил прохладу. Кажись, полегчало тебе с того.