Отбор. Вне конкурса

Все детство и большую часть юности я провел в далеком горном монастыре, где постигал азы науки управления государством. Кстати, именно там я и познакомился с Эваном. Он был единственным сыном тогдашнего верховного мага — Риостана Вестхара. Из-за высокого происхождения его решили не отдавать в академию. Премудрости колдовской науки он постигал под руководством настоятеля монастыря, который некогда считался одним из самых могущественных магов в мире. Но потом отошел от дел и решил посвятить себя служению богам.

— Почему? — не удержалась я.

Инвар не ожидал, что я прерву его монолог. Он посмотрел на меня и удивленно вскинул бровь, молчаливо требуя разъяснений вопросу.

— Почему один из самых могущественных магов в мире отошел от дел? — пояснила я. — Это как-то странно. Добровольно отказаться от власти и удалиться в какую-то глушь… Я никогда прежде о таком не слышала.

— Магистр Элвин был настолько стар, что его уже не интересовала власть, — с улыбкой произнес Инвар. — Да, когда-то слава об его подвигах гремела по всему миру.

Он был одним из самых известных охотников за нечистью. По слухам, которые он сам никогда не опровергал и не подтверждал, однажды магистру удалось одолеть даже дракона. Но это все не суть, Шиара. Я много общался с ним, поскольку почти сразу подружился с Эваном. Да разве и могло быть иначе? Оба — отпрыски древних знатных родов. Оба попали в глухомань и в глубине души негодовали из-за решения семей. Вместо балов — тишина гор. Вместо развлечений — нудные занятия. И никто не относился к нам с должным пиететом. Для монахов мы были просто воспитанниками. Капризными, избалованными, но не более.

— И в чем же суть? — поинтересовалась я, когда Ивар сделал паузу, вновь пригубив вино.

— Суть в том, Шиара, что на исходе лет ты задумываешься о смысле жизни, — мягко ответил он. — Вся мишура былых свершений уходит в тень. Тебе больше не нужна власть. Не нужны привилегии. Ты все чаще начинаешь размышлять о том, что ждет тебя за гранью.

Власть, деньги — это несущественно. Сегодня есть, а завтра нет. Хочется остаться в памяти других. Особенно если сам не оставил наследников.

Признаюсь честно, я ничего не поняла из объяснений Инвара.

Что скрывать очевидное, я мечтала о славе. Больше всего на свете я хотела стать прославленной провидицей. Человеком, который видит прошлое через вещи. Это давало мне надежду вытащить семью из бездны нищеты. А мы были именно нищими, как ни грустно это осознавать.