Игра бабочек

Девушка кинула короткий испуганный взгляд и, оглянувшись в панике на секретаря, поспешила к выходу. Ерин некоторое время следил за ней с растерянным видом. Гензерих только в этот момент отметил странную особенность: если короткая бородка у молодого человека была ярко-рыжего, с отливом красно-багрового цвета, то еле заметные усики отличались оттенком неопределенного цвета, словно неизвестный художник постарался использовать остатки с самого дна банки с краской и в последнюю минуту все-таки не рассчитал свои возможности.

Прическа же референта блестела откровенными черными цветами. Странное, почти невозможное сочетание, а цвет бороды являлся нонсенсом, к которому было очень трудно привыкнуть. Но ведь этот цвет теперь входил в моду. Традиции, казавшиеся незыблемыми, с недавних пор рушились, как и многое другое вокруг. Ну, чтобы не попасть под лавину, нужно просто находиться на вершине горы.

— И вполне естественно, что невозможно найти решение, которое устроит всех, так же, как и найти выход в почти безвыходной ситуации, если не пожертвовать кем-то или чем-то, — последнюю фразу он незаметно для себя произнес вслух.

И это произвело впечатление на мальчишку.

— Но мессир.

С лица Ерина исчезли даже те слабо различимые краски, которые невозможно было заметить без новомодных оптических инструментов-микроскопов.

— Мессир. Господин канцлер. Прошу простить меня тысячу раз, я действительно посмел взять на себя смелость распорядиться, чтобы Аланна приготовила три прибора. Но женщина, которая ожидает с господином священником.

.. Кажется ей нехорошо.

— Так вызови ей врача. Внизу, рядом с помещением охраны всегда дежурит врач из университетской клиники. Ты должен это знать, в конце концов, знать все необходимое — твоя обязанность!

Референт замялся на мгновение, неуверенно поглядывая в сторону двери, будто опасался чего-то даже больше, чем недовольства самого канцлера. Потом быстро направился к выходу и уже почти успел покинуть кабинет, когда тяжелые створки распахнулись, и старый приятель Арнольда, теперь занимавший главный религиозный пост в государстве, спокойно и уверенно вошел в комнату.

Ерин, который стал еще бледнее и даже как будто уменьшился в размерах, постарался незаметно прошмыгнуть мимо Ричарда в открывшийся темный просвет. Но временно облаченный званием первосвященника главный специалист по добыче всевозможных сведений и организации сумрачных, если не сказать темных дел, не обратил никакого внимания на молодого человека.