Игра бабочек

Иметь рядом с собой такое совершеннейшее чудовище оказалось не совсем приятно, но условия договоренности нужно было соблюдать даже в его положении. Особенно в его положении. Арнольд протянул руку и по силе рукопожатия почувствовал, что сегодня его гость находился в не самом лучшем расположении духа. Не стоило позволять ему вываливать свои неудачи на свой рабочий стол.

Однако священник, набравшийся в последнее время необъяснимого нахальства, сумел опередить канцлера. Разгладив на ходу свою белоснежную хламиду так, чтобы на ней невозможно было заметить даже малейшую складочку, он сел за стол и с явным отвращением, если даже не с брезгливостью, разглядывал скрывшие рабочую поверхность многочисленные раскрытые и закрытые папки, развернутые и свернутые рулоны чертежей, разбросанные карандаши разных цветов и даже раскрытую логарифмическую линейку.

Наконец, осторожно отодвинув от себя подальше часть бесполезных предметов, Ричард погладил указательным пальцем золотой знак дерева, висящий на груди на самой толстой цепочке, которую канцлеру приходилось когда-либо видеть, и недовольно процедил сквозь зубы

— Зря ты их принял, этих пунов.

У них все в прошлом.

В штатском, в обычное время и в обычном костюме его сподвижник не позволял себе даже намека на показную роскошь. Однако во второй, главной своей ипостаси Ричард явно не знал меры. Как он говорил, это были новые стандарты, возможность показать, как должны выглядеть представители единственно истинной веры. Хотя канцлеру казалось, что на самом деле среди населения подобный образ первосвятителя не должен встретить одобрения.

Тем более что тот, кто руководил верующими многие годы, совсем не старался демонстрировать власть, а тем более богатство.

— Эти осколки былого могущества и власти уже не могут повлиять на то, что происходит в нашем мире. И ты это знаешь.

Претендент на пост первосвященника разговаривал с Арнольдом в такой манере, будто сейчас они находились не в правительственном кабинете, а где-нибудь в укромном уголке Академии, например, мужском туалете на четвертом этаже, рядом с входом в наблюдательную башню.

Постоянный сквозняк из-за плохо подогнанных створок мгновенно уносил наружу все запахи, и немногочисленная мужская студенческая братия часто собиралась именно там, чтобы выкурить трубочку, пусть и одну на всех.

Ричард продолжил, как ни в чем не бывало. Он словно похлопывал воображаемой рукой канцлера по плечу.

— Да, знаешь.