Игра бабочек

Откуда все они взялись и где были до сих пор, он не мог понять. Фельден, стоя у окна, указывал вниз рукой и широко разевал рот. Он кричал? Арнольд коснулся уха. Звуки возвращались очень медленно.

У стола стояла совсем незнакомая ему женщина. А Девона прятала лицо у нее на груди.

Змея наконец издохла. Она была двух метров длиной. Как же Насира заставила ее лежать в саквояже так спокойно? И зачем она принесла ее сюда?

Арнольд коснулся рукояти кинжала. Дракон на лезвии скалил серебряные зубы. Чтобы сделать такой бросок, нужно тренироваться изо дня в день.

Каждый день, Девана.

Совсем незнакомый голос с неуловимым, но приятным акцентом заставил ощутить чувство, которое он не испытывал никогда. Где-то внутри зашевелилось то, что другие люди называли страхом. Но не он. Позволить бояться, это недостойно мужчины.

— Этот кинжал никогда не промахивается. Он чувствует... душу жертвы, — в голосе Даны не было ни капельки сомнения. Усталость и разочарование.

Канцлер поймал взгляд незнакомки.

Никогда?

— Я ехала к тебе договориться о проведении большого осеннего бала. Глупо.

Пламя погасло. А может быть, ему только показалось. Что-то надо было сказать. Но только не про эту новую затею Деваны.

— Насира, наверно, разбилась. Четвертый этаж.

А вот эту девушку он знал. Блондинку-красавицу звали Ковентина. В ее голосе можно было услышать и упрек, и непонятную злость, обращенную, как ни странно, к нему.

— Маг воздуха не разобьется никогда.

Маги, магия. Все, от чего он хотел бы избавиться навсегда.

Но не мог... Пока.

Ветер продолжал играть в волосах Девоны. Она уже пришла в себя и готова была оторваться от груди незнакомки. Арнольд протянул руку к летящей рыжей пряди и тотчас же отдернул.

Поперек ладони протянулась красная полоса ожога.

Глава 13. Следуя за нитями судьбы -1.

Цветные палатки и шатры, стоящие вдоль дороги, были заметны издалека. Сколько их насчитывалось? Может пятьдесят, может сто. Некоторые терялись в белесой утренней дымке, укрывавшей вытоптанное поле до самого леса.

Деревья выступали из тумана как остроконечные шлемы великаньего войска, приготовившегося к битве и великодушно ожидающего, пока враги придут в себя после ночного забытья.

Цикады старательно приветствовали утро, и это радостное стрекотание отвлекало от совершенно ненужных тяжелых мыслей. Их разговор еще будет иметь свое продолжение. Когда-нибудь, когда Девона разрешит им разобраться между собой. Просто разобраться.