Ноктюрн сердца

Охотница сняла флягу с пояса и подержала ее в руках, пропитывая воду целительной магией. Магический поток дребезжал в ее изрезанных тонкими шрамами запястьях, кожу там жгло, но Мария стерпела.

Она подошла к сидящему на коленях дампиру и осторожно коснулась его плеча. Алукард поднял голову, вытирая черную слизь с губ, и принял флягу. Немного помедлив, он сделал глоток, потом другой. Его вырвало. Мох на корнях дерева начал быстро загнивать от пролившейся на него едкой слизи. Дампир оперся спиной на ствол дерева и, тихо простонав, закрыл глаза.

Марии стало тревожно. Они слишком рано отправились в путь, Алукард еще очень слаб. Ей следовало еще раз напоить его кровью. Но она и так на ногах едва держалась, даже магическая подпитка мало помогала. Охотница опустилась рядом с ним на колени и, смочив платок водой из фляги, вытерла его лицо. Дампир открыл глаза. Он тяжело вздохнул и с усилием поднялся на ноги.

— Может, отдохнем здесь немного? — деликатно спросила Мария.

— Нет. Скоро начнет темнеть. Я пересяду внутрь повозки.

Благодарю вас, леди, — сухо ответил Алукард.

Мария вздохнула. Он всегда становился подчеркнуто-вежливым, когда ему было плохо. Она проследила, как он бережно спрятал Пери за пазухой и устало влез в повозку. Охотница села на козлы и взяла поводья.

Оставшийся путь показался Марии слишком долгим и унылым, даже пение птиц больше не радовало.

22. Ее старый дом, его новый дом

Адриан попытался устроиться на жестком дне повозки, но каждый толчок отдавался ноющей болью в суставах.

Дышалось труднее с каждым следующим вдохом, желудок сжимался в спазмах, грозя извергнуть очередной поток едкой слизи. Боль пульсировала в висках, усугубляясь от назойливого птичьего пения и противного скрипа повозки. Адриан мечтал, чтоб весь лес заткнулся, чтобы все вокруг замолкло, даже его собственное сердце.

Он сжал зубы и закрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от боли. Не получалось.

Пери шевельнулась у него за пазухой. Адриан бережно достал ее и нежно коснулся щеки фамильяра.

Она не приходила в себя. «Бедняжка, — тихо прошептал он. — И зачем ты со мной связалась? Ведь беды следуют за мной по пятам…» Дампир поднял голову и посмотрел на стройную фигурку на козлах. «Надеюсь, тебя они обойдут стороной».

Адриан заметил, что вены на его запястьях из светло-голубых стали почти черными и мерзко пульсировали под мертвенно-бледной кожей, словно ядовитые черви. Его передернуло. Яд все еще бежал по жилам, а лечение лишь на время убирало симптомы.