На Дороге

НЕУЖЕЛИ! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!

ВСЕ драконы мертвы! Разве нет? Запах тонким флером заполнял Тень настоящим страхом… Как отголосок дракона попал на вещь Старшего?!

Красивая девушка велела остановить паланкин. Грациозно выпорхнув на грязную мостовую, она подошла к музыканту. Юноша играл, закрыв глаза. Мелодия выходила удивительно чистой. Тень ненавидела музыку почти так же, как младших... в чьем отвратительном теле приходилось быть.

Камень на шее музыканта нестерпимо жег. Уничтожить бы! «Вместе с этим жалким и тщетным человечишкой…», - тонкий запах на пуговице чаровал - за такую добычу простят все огрехи и позволят вернуться в истинное тело! Она ждала, пока музыкант закончит, боясь подойти ближе.

- Привет! - нежно улыбнулась девушка, когда флейта стихла.

Музыкант поднял на красавицу печальные глаза.

- Ты так чудесно играешь! - промурлыкала зрительница. - О чем эта песня?

- О любви, – буркнул музыкант, ребра все еще сильно болели и играть было сложно.

- О-о-о, любовь! Как это прекрасно… - мечтательно протянула девушка.

- Ты голоден? Я вижу, ты нуждаешься. Пойдем в мой дом, я накормлю тебя, согрею.

Сделав вид, что не смотрит на молодую красавицу, музыкант начал собираться.

- Подожди, не уходи. - перепугалась девушка. - Мне так грустно и одиноко…. Научи меня… Научи всему, музыке…любви….

Музыкант словно бы нехотя качнул головой в знак согласия.

«Вот ты и попался!», - промурлыкала Тень себе под нос.

Музыкант сел в богатый паланкин, и вдруг солнечный свет померк. Удивленно взглянув на красавицу, музыкант отшатнулся - он увидел истинное лицо Тени.

Она зашипела, Лиро ослеп. Тень не смогла коснуться его - золотая пуговка не давала. Но Тень не сомневалась - Хозяин будет доволен!

Глава Десятая

Сны Дракона. Алион и Драго.

Драго спустился к лошадям, по уговору в конюшне скоро должна было появиться Лила. Драго ждал встречи со всем нетерпением юности. Он горел огневкой, упивался их страстью, влюбленностью Лилы, властью над девушкой, чувством хрупкости и беззащитности, которые она излучала в его объятиях.

Близость с эльдарийкой пьянила сильнее, чем скачки во весь опор или даже бой. Хотелось еще. Рядом с Лилой он просыпался с желанием, и засыпал, едва притупляя его. Казалось, всей ночи мало, чтобы утолить жажду плоти.

Он мог бы позвать любовницу в опочивальню конунга. И любить эльдарийскую гостью на ложе отца. На том самом ложе, где был зачат сам...Но не звал, каждый раз назначая новую встречу в конюшне.