Трамвай

– Вы издеваетесь? – Марина выпучила глаза, но это так и не помогло ей что-либо различить в темноте. – Вы действительно считаете, что я вас вижу? Да я даже не понимаю мужчина вы или женщина!

– Что? – невидимая собеседница даже хрюкнула от обиды. – Да как ты смеешь? Я известная дама. Меня многие знают и уважают. А уж тут – тем более. Так что, хочу предостеречь тебя, милочка, против дерзкого поведения. Чревато, знаешь ли! Если я позову кондуктора…

– То, что?

– А ничего! Тебе не поздоровится!

– Зови! Зови, старая грымза! – Марина заговорила громче.

 – Мне тоже хочется узнать почему в трамвае нет электричества и мне приходится бродить тут во тьме, натыкаясь на всяких вредных старух!

– Ну знаешь…

– Да заткнись ты уже, Агнесса! – неожиданно кто-то еще встрял в их разговор. На этот раз голос определённо принадлежал мужчине, но был таким же старческим. – Надоела уже со своими придирками. Твое гнусное поведение уже в печенках сидит! Как только новенький пассажир, так она включает свою машинку для распила мозга.

Устроила тут дедовщину!

– Иди ты! – старуха огрызнулась, но как-то неуверенно. – Ты мне еще будешь указывать, старый перечник!

– Ну ты у меня договоришься скоро, карга…

– Хватит! – рявкнул кто-то третий низким грудным контральто. Сейчас это однозначно была женщина, но голос ее звучал гораздо приятнее чем у вредной бабки, хотя судя по всему тоже не принадлежал молодой девушке. – Стыдно за вас, честное слово! Собачитесь как прачки деревенские! Противно наблюдать! У нас новенькая.

Очень приятная барышня, а вы… Давно у нас кто-то был из новеньких? Вспомните! – она замолчала, дожидаясь ответа. Потом заключила – То-то же! Так что ведите себя пристойно!

– А я что? – протянул мужчина с досадной интонацией. – Я же не против. Наоборот хотел, чтобы все по-людски. Это Агнесса, кочерга старая…

– Ну! – мудрый женский голос пресек готовые было продолжится излияния мужчины. – Молчать оба! Никаких мне реплик пока я не разрешу! Уяснили?

В ответ раздалось недовольное бурчание из двух углов, которое видимо означало согласие.

– Девушка, сделайте два шага вправо и один влево, – спокойно проговорил женский контральто, обращаясь к Марине, – там свободное сиденье. Присаживайтесь пожалуйста!

– Спасибо! – ошарашено пробормотала Марина и уселась на твердое трамвайное кресло. – Вы очень любезны!

Все голоса стихли, как только она опустилась на седушку. Будто выключили радио. Снова тишина и темнота.