Белое венчание

Казалось, они дышали, пели тихую и грустную песню, и там, под промерзшей землей, березы корнями, как ладонями, крепко брались друг за друга. Становились единым целым. Изгой чувствовал, как от них пахнет свечным воском. Вот-вот с неба спустятся ангелы, и начнется служба в одиноком и теплом храме, куда заглянул всего один прихожанин. Изгой шептал, шептал, стоя на коленях. Ветер стих, будто его выгнали за дверь. Изгой плакал, понимая, что идет служба. Ощущая, как первые снежинки ложатся на лицо, ресницы. Как легкий, пушистый снег покрывает листву, укутывает саваном бугорки муравейников, ложится белыми ладонями ему на вздрагивающие плечи.

И вдруг мысли, еще мгновение такие взрывные, жгучие, остановились, словно упали и разбились на тысячи осколков. Теперь их некому и незачем собирать. Так пусть мысли, сомнения лежат здесь, разбросанные вокруг него. Изгой навсегда прощался с химерой. Оставлял страхи и боль. Он не переставал шептать. Снег окутал его…

…Изгой не сразу понял, что служба окончена. Не сразу встал и пошел.

Ни одна часть души больше не возмущалась, все образы, тени прошлого разбегались, прятались, замирали по оврагам, болотам и буеракам. Он сумел пережить всё, что должен был, и готовился к развязке. Нет, он не стал другим. Он просто разбил грязное стекло и увидел, что мир выглядит иначе, и воздух, когда любишь, не бывает сперт.

…И вновь мысль о ней. Ведь где-то она… где-то же осталась. Валеска.

Жива или нет, спаслась от извергов, или погибла? Погибла… Изгой остановил шаг, повел бровью, но тут же продолжил идти.

Не погибла. Нужно молиться о ней. Зная, как это важно теперь. Что в обезумевшем мире, где насилуют, жгут и грабят, нет ничего важнее, как молиться друг за друга. Это важно было и раньше, и не понимая глубины этой правды, мир дошел до черты, когда инстинкт и холодная воля, а иначе зверь, победили в человеке. Война началась с той секунды, когда любовь стала изгоем. Понимать что-либо уже поздно. Теперь любовь ушла. Ушла насовсем. Но куда? Может быть, вся она, как есть, во вселенской форме на прощанье укрылась в таинственном лесном храме, среди пахнущих ладаном и воском берез? Чтобы помолиться на дорогу за всех, кто ее оставил, и тоже уйти? Именно так. Она говорила Изгою: я здесь, просто молись. Со мной. За Валеску. Знай, не так просто всё сложилось, что вы встретились, но не сошлись. Не так просто ты не оставляешь мысли о ней даже в такую минуту. Но только перестань воображать глупости, как вы будете вместе.