Вернувшийся

— Твой отец забрал силы у моей семьи в тот проклятый день. И я требую поединок. Я имею право спросить с тебя старый долг, порченая кровь.

Шепот, шепот. Шелест удаляющихся шагов тех, кто не хотел дальше слушать. Поспешные движения тех, кто еще оставался, покрывали себя знаменьем Пантеона. Напряжение в Яревене, неспособной предсказать исход столкновения.

Долго же они выбирали того, кто попытается это сделать, за прошедшие пару дней должны были глотки сорвать от споров. Раманд удивлен, что вызов брошен открыто. Он ждал, что его станут поджидать за каждым углом и бросаться из всякой тени темными ночами.

Впрочем, они рассудили верно. В Аркост никто сейчас не пойдет. Силы вернувшегося неясны, что с землей неизвестно. Городские подступиться не смогут, нужно могущество Домов.

Те привыкли к разделенной между ними власти над ятоллой, а вернувшийся никаких доказательств не предъявлял. Пойти открыто не могли, потому что если он Владыка, назначенный ясмиром, то дело может закончиться виселицей. Для них. Вот они и думали.

Придумали.

Раманд смотрел себе под ноги, носки запыленных сапог ему были интереснее этих крикунов.

— Хорошо. Когда?

Круо нужно похвалить за смелость. Ясха имел право на вызов, как и все те, кого отец и брат Раманда заставили страдать. Вернувшись на эту землю, он принял на себя все ее долги. Этот — один из них.

Наследник Ясхи вместе со своей свитой радостно встретили согласие врага. На севере, в краях близ полярного круга, их бы не поняли, предвкушать победу и пиршество загодя — гневить судьбу.

— Завтра в полдень на арене у ратуши, — оскалился Круо.

— Я приду.

Раманд спокойно прошел мимо компании, игнорируя слова, несущиеся вслед. Глупо было выбирать поединок.

— Полагаю, вы чем-то недовольны, — сказал он Яревене. Она присоединилась к нему много позже, когда ее хозяин оказался в нескольких сотнях шагов от места злополучной встречи. Ей не избежать разговоров и пересудов, но ей хотелось, чтобы ее имя не упоминалось подле бед.

Неугодная сначала таращилась на своего спутника, а потом сделалась злой.

Нет, определенно, когда он доиграется, она взгреет его. Никакого спасения не будет. Эта женщина многим страшнее наследника Ясхи.

— Только вашими выходками.

— Я иногда слышу, что они отличны от большинства принятых норм, — справедливо рассудил хозяин Аркоста.

— Немного.

— Но быть бывшей жрицей тоже странно. Не находите?

— Вы же видели таких, как я, — усмехнулась неугодная.

— Видел, но запоминаю я немногих. Вас, Яревена, я запомню.