Белый китель, белое платье

В груди щемило от несправедливости и сомнения: хотелось, чтобы все тревоги, бессонные ночи покрылись уважением, безмерной заботой, но чувствовалось, что эгоистично требовать чего-то от родного, но всё же другого человека. Лурк слабо всхлипнул.

Дверь в столовую распахнулась, и на пороге появился Мортэус. Увидев поникшую спину отца, он даже не заметил, что кто-то ещё находился в зале, и подошёл к старику.

- Ох, отец, что случилось?

- Ничего, ничего, – бегло утерев слёзы, ответил мужчина и пожал молодую руку.

- Как «ничего»? Я слышал: что-то разбилось и кто-то кричал.

- Что ж, мы уже за гостей не сойдём? – улыбнувшись, задорно спросил Зорук.

Услышав знакомый голос, Мортэус обратил на сидящих внимание и растерялся. Перед ним находился брат, которого он не видел много лет, но не таким тот запомнился ему, и юноша не знал, что сказать, как приветствовать. Видя замешательство брата, Зорук поднялся и, подойдя к нему, крепко обнял Мортэуса.

- Здравствуй, – выдохнул юноша, с чувством похлопывая брата по спине.

- Совсем уже взрослый, – Зорук рассматривал острые и прямые черты возмужавшего, но всё же юного лица и улыбался. – Вот он, отец, виновник всех твоих радостей и печалей.

- Ну, полно болтать, – ворчливо отмахнулся Лурк, наблюдая за сыновьями. – Можно подумать, ты никогда мне не доставлял проблем.

- И ещё больше счастья!

- Спорный вопрос, – рассмеялся Мортэус.

Смех его, разрешившийся от пут смятения, свободный и чистый, разлетелся по столовой, и всем стало необыкновенно легко.

Прекрасная невеста, которую юноша заметил не сразу, поднесла к подбородку кулак и приложила его к щеке.

- Мгаза считает тебя удачливым и желает, чтобы удача твоя приумножалась, – пояснил Зорук.

- Благодарю, – кивнул Мортэус и присел рядом с отцом на пустующей половине.

Лурк не стал объяснять сыну причину его родительских слёз, но лишь рассказал, почему разбили бокалы и как чудесно прошёл ужин. Слуги незаметно убирали ненужные приборы со стола, заменяли догорающие свечи и подставляли новые закуски, к которым уже никто не притрагивался.

- Но почему меня не пригласили к ужину? – расстроенно спросил Мортэус, проведший всю ночь в изучении записок матери и спавший полдня.

- Брат господина не велел будить Вас, – робко отозвался слуга, поднёсший одну свечу к другой.

- Как? Почему не спросили меня? – возмутился Лурк.

Слуга опустил глаза в пол и, пожав плечами, удалился. Сидящие молча проследили за ним и обменялись удивлёнными взглядами.