Белый китель, белое платье

Настоящее сокровище семьи ван Хельц!

Сталья явила на лице сладчайшую улыбку и, манерно кивнув в подтверждение своих слов, обратилась к Эмилии:

- Мне чрезвычайно приятно встретиться с вами, моя прекрасная невестка!

- Взаимно, мадам, – девушка изящно наклонилась и, покраснев, улыбнулась.

- Ох, какая вы прелесть! – едва не визжала от восторга женщина, кивая в ответ. – Но, конечно, не настолько, как мои дочери.

Она одарила Мортэуса одобряющим взглядом и, разнося похвалу громовым голосом, вернулась к Лурку. Слуги разносили шипящие напитки, и гости, слегка подзабывшие дневное происшествие у церкви, делали вид, что поглощены разговорами.

Хотя по залу продолжали метаться оценивающие и пытливые взгляды. Зорук, освободив братьев Тольц от своей компании, с интересом разговаривал с богатейшими людьми города, узнавая о торговых отношениях и последних новостях из мира экономики. Ежеминутно поправляя то пенсне, то фрак, Лурк старался угодить бабке Сталье, сообщая обо всём, что волновало её естество: имение, приданое, внуки, война. Её раскатистый голос дребезжал по начищенному полу, высоким тонким колоннам, в фужерах, в груди каждого гостя. Все невольно смотрели на неё, пусть и старались избегать – поднимали руку с бокалом и кивали, отворачиваясь.

Перед входом в зал появился Эстарадор, в блестящих туфлях со скруглёнными носками, в солдатской форме с накрахмаленными рукавами и воротником, обшитым серебряными нитками, с крохотными круглыми запонками. Фигура его, подтянутая, гордая, пышущая счастьем и здоровьем, привлекла всеобщее внимание.

По залу прошёлся шёпот. К юноше тут же подошла Луиза, мягко взяв под локоть, и повела к молодым.

- Поздравляю вас, – широко улыбаясь, проговорил Эстарадор. – Я бесконечно рад за вас и вашу любовь!

Мортэус сердечно сжал протянутую ладонь и хлопнул юнца по плечу.

- Благодарю!

Луиза сладко улыбнулась и, низко присев, поклонилась. Растерявшись, Эмилия лишь кивнула и ответила не менее приятственной улыбкой.

- Откуда форма?

- Третьей недели был зачислен в солдатский корпус, а форму прислали лишь намедни, – разглаживая складки на рукавах, ответил Эстарадор и взглянул на офицера сияющими глазами.

- Тогда и я поздравляю тебя!

- Но ведь война – это так ужасно! – вдруг вступила Луиза, бледнея.

- Ваша правда, но если никто не станет заниматься ею, то Демения давным-давно была бы разделена и мы бы с вами сейчас не разговаривали, – сказал Мортэус.

- Правильно, поэтому лучше вообще не враждовать.