Белый китель, белое платье

- Я не произнёс ни слова «за», ни «против» – меня и не спрашивали, – удивился фон Голль. – Они наверняка понимают, что я не смогу пойти наперекор вам, но и вы слишком неудобны для них.

- Неудобен? Чем же?

Недалеко прогремел солдатский хохот. Мужчины встрепенулись, оглянулись и, встретившись встревоженными взглядами, кивнули. Они разошлись.

Мортэус вернулся в свою палатку и, взяв бумагу и чернил, уселся писать. Но слова не шли, в голове крутились вопросы, возмущения, и ничего приятного для него.

Уехав из рассадника проблем, он оказался в новом, не менее суровом, не менее безжалостном. Он отложил перо и, глядя на чистый лист, вздохнул. Что он мог рассказать Эмилии? Что его душевные порывы втаптывают в грязь, что он окружён лицемерами и хитрецами? Всё казалось лживым, даже его нахождение в палатке, думалось ему, было чей-то злобной шуткой. Отодвинь рукой ткань входа, и увидишь за ней домашний сад, благоухающие лилии, услышишь ржание вольнолюбивых коней. Однако ничего этого не произошло, когда он вышел на улицу.

- Капитан! – издали прогремел Леймнор.

Мортэус скрепя сердце двинулся в его сторону между ровных рядов палаток. Офицер, сверкая золотом бороды, улыбался и, показывая на десяток солдат, сказал:

- Разведывательная команда собрана.

- Прекрасно. Я возглавлю её, – будто в тумане проговорил Мортэус.

Леймнор с опаской глянул на капитана, слегка приоткрыл рот, но не возразил, лишь отдал честь.

Капитан отдал распоряжение получить необходимое снаряжение, запастись припасами и вернулся в штаб.

Генерал всё ещё восседал на скамье, держа в руке флягу. Он встрепенулся, когда услышал шорох ткани, и слабо улыбнулся вошедшему.

- Прошу прощения, генерал. Докладываю, что разведывательный отряд в сборе.

- А, отлично. Выступайте, – он махнул рукой, словно его это не касалось.

Отдав честь, Мортэус удалился и, забежав в палатку, выложив одежду из котомки, наполнил её провизией. Он ещё раз взглянул на чистый лист, готовый к словам любви и счастья, но усесться и написать их не смог, хотя и понимал, что разведка может обернуться весьма трагично.

Коснувшись бумаги, вздохнул и быстрым шагом покинул палатку.

Получив у оружейника неплохо выкованные меч и кинжал, он встретился с отрядом у пастбища. Солдаты гладили коней, шептались с ними, незаметно кормили их сахаром. И капитан тоже был бы не прочь попрощаться с Лиландрием, но он не нашёл его среди пасущихся.