Илинн

Сверившись ещё раз с пожелтевшими страницами, которые, как мне казалось, я уже выучила наизусть, замочила разрезанный на куски корень в большой посудине и закрыла содержимое крышкой, придавив для надежности большим тяжёлым камнем. Дав ему как следует настояться, поместила полученное в перегонный куб и соединила его длинной трубкой, похожей на вытянутую гусиную шею, с другим сосудом со спиралью внутри. Повозившись ещё немного, я развела под ними огонь и приготовилась ждать. Через некоторые время в медно-рыжих недрах зашумело и заворчало и, будто нехотя, на конце длинного носика появилась первая капля.

Поблескивая, подобно горному хрусталю, она помедлила немного, а потом упала под весом собственной тяжести в подставленный под неё сосуд — кап. За ней последовала ещё одна капелька — кап.

К вечеру плошка для сбора была полной почти для краев. Осторожно, стараясь не расплескать, я перемешала по часовой стрелке собранное длинной палочкой, превращая его в водоворот. Жидкость закружилась и вдруг неожиданно окрасились в кроваво-красный.

Затаив дыхание, я заворожённо наблюдала, как красный постепенно сменился густо-фиолетовым, который вспыхнул ярко, словно звезда, и вытяжка снова приобрела свой первоначальный цвет. Полученное зелье я перелила в пузатый флакон с длинным горлышком. Потом встряхнула его и осмотрела, поднеся к свету. Сквозь коричневое стекло можно было разглядеть крошечные золотые искорки, которые сначала кружились, а потом мерно оседали на дно.

«Отлично.

Теперь главное не передумать в самый последний момент».

Но в глубине души я знала, что отступать от задуманного мне было уже поздно.

***

Высоко в ясном холодном небе светила одноглазая луна. Я полностью разделась, сбросив всю одежду на лежанку из подмаренника. Достала заветный бутылёк и плотно сжала его в потной ладони.

«Мне нужно ровно семь капель. Ровно семь», — дрожащим руками я выдернула пробку из флакона. Пару раз взболтав содержимое, поднесла его к носу, пытаясь уловить чуть заметный запах.

На меня пахнуло подгнившим имбирем. Я поежилась.

«Итак, приступим.»

Слегка наклонила склянку над поставленной под неё небольшой глиняной плошкой и начала считать, а чтобы не сбиться, решила делать это под старую детскую считалку: «Одна — это горе, - начала я. Из горлышка словно нехотя показалась первая капля и повисла на самом краю щербатого горлышка. — Нет! Зачем горе? Я не хочу! — вырвалось у меня неожиданно осевшим голосом.