Илинн

Раздевшись по пояс, он стоял ко мне спиной и с мрачным видом снимал шкуру с туши убитого оленя, которую прицепил за толстый сук, стоящего неподалёку дерева. Я подошла поближе и чуть слышно прошептала осипшим голосом: «Ваша Милость…» — и тут же запнулась, не зная, что сказать.

Милорд замер на минуту, и не говоря ни слова, резко вытащил застрявший нож из принесённого трофея. Так ничего не ответив, продолжил своё занятие, поигрывая желваками на холодном лице. Я молча покрутилась вокруг него ещё немного. Наконец решилась.

— Господин, — в этот раз голос мой звучал чуть громче, но он даже и не посмотрел в мою сторону.

«Наверное, до сих пор очень сердит на меня из-за того, что случилось в лесу». Я виновато понурилась.

Между нами повисла неловкая тишина, его милость показывал всем своим видом, что больше не желает со мной разговаривать. Его холодность и отчуждённость в этот момент были просто невыносимы. Раздавался лишь только звук острого лезвия, мерно кромсающего оленью плоть. Лучше бы он накричал на меня или даже ударил, чем так! Наконец набравшись смелости, я задержала дыхание, как перед прыжком в воду, и, подойдя совсем близко, уткнулась лицом в его мускулистую спину.

Господин замер от моего неожиданно прикосновения и застыл на месте, окаменевший, словно статуя. Его руки напряглись и сжались в кулаки.

— Ваша Милость, простите меня. Я виновата... Я не хотела, чтобы так все… — слова застревали у меня в горле, я поперхнулась, чувствуя, как в глазах закипают слёзы.

Он осторожно повернулся ко мне лицом, и мой нос уткнулся в его грудь.

Я ощутила запах его кожи, пропитанный ветром, солнечным светом и потом, и плотно прикрыла глаза, мысленно умоляя только об одном: «Ну простите меня, пожалуйста!» Мои муки, смешанные с угрызениями совести и виной, были просто невыносимы. Не в силах больше сдерживаться, я заскулила, как потерявшаяся собачонка, и горячие слезы полились по щекам.

— Ваша Милость…

Руки господина осторожно легли мне на плечи, потом он чуть отстранился и, глядя мне в глаза, мягко, но четко произнёс:

— Илинн, ты должна меня всегда слушаться? Ты поняла?

— Буду вас слушаться всегда-всегда! — с огромным облегчением согласилась я, услышав его голос.

— Я буду делать все, что вы мне говорите, обещаю! Ваша Милость!

С этими словами я осыпала короткими поцелуями его грудь, а потом и вовсе уткнулась в неё, ещё раз вдыхая аромат его тела. Он чуть отстранился и пристально посмотрел мне в лицо, потом кивнул и осторожно привлёк в свои объятия.