Капойо

Ароматы, которые доносились со всех сторон, заставили желудок мучительно сжиматься, и Аяна ехала, облизываясь и мечтая попробовать чуть ли не каждое блюдо, которое готовили за этими окнами.

Город всё не кончался. Она спросила дорогу ещё раз, и на этот раз ей уверенно указали путь. Чуть вернуться назад, и через две улицы – налево.Ещё немного, и она будет у цели.

Улица Мильдет была не такая узкая, как предыдущие две, на ней, наверное, с трудом, но смогла бы развернуться совсем небольшая повозка.

Она ехала, борясь с отчаянием, оглядывая дома. А вон та вывеска похожа. Да и арка у дома имеется.

Аяна привязала Ташту и на миг остановилась. Ветер забирался ей за шиворот, несмотря на плащ. Она протянула руку и потянула застеклённую дверь на себя, и неописуемо манящий запах свежего хлеба поплыл ей навстречу. Колокольчик нежно прозвенел, и из-за прилавка поднялся парень.

– Чем могу помочь?

– Здравствуй.

– Нет, – помотал головой парень. - Черилла.

– Это улица Мильдет?

Парень кивнул. Аяна вздохнула. Значит, улица длиннее. Ей показалось, что дом стоял как раз в середине.

– Подскажи, пожалуйста, где тут хлебная лавка Озефа.

– Наша хлебная тут единственная на улице.

Аяна похолодела. Ну конечно. Мальчишка обманул её. Она начала подозревать это, когда он потребовал все деньги. Он забрал их и просто указал самую дальнюю улицу, чтобы было время сбежать или спрятать монеты.

– Спасибо, – сказала она безжизненным голосом, толкая дверь наружу.

Вот и всё. Кимат весело болтал ногами. Опять одни под серым арнайским небом, без надежды, без друзей., и даже Кадиар уже уехал. Аяна посмотрела вниз, за порог, на маленькие тёмные пятна на мостовой. Начинался моросящий дождь.

Глава 5. Кто ты такая?!

– Не приглянулось ничего?

Голос был женским. Аяна резко повернулась и шагнула обратно, едва не задев Кимата дверью.

– Иллира?!

Хрупкая женщина с темными большими широко расставленными глазами удивленно склонила голову к плечу. Аяна смотрела на неё и видела Верделла, его глаза, нос, подбородок и волосы... нет, волосы у него определённо были не такие. У этой женщины они были мягкими и гладкими, и ничем не напоминали буйные вихры Верделла, к которым так и тянулась рука, чтобы пригладить.