Танцы на Цепях

По каменному полу цокнули когти, послышался легкий свист, когда зверь втянул носом воздух.

– Имя! Или мне тебя не спасти.

Я не хочу умирать…

Голос в голове утих, растворился под напором настоящей, дикой паники. Все предостережения стерлись, истончились и рухнули, стоило только учуять запах близкой смерти. Кровь бежала тонкой струйкой по бедру, медленно забирая из тела тепло. Рука онемела, меч не поднять. Острие уперлось в пол.

Предложение спастись еще никогда не было таким заманчивым.

Зверь прыгнул, когти царапнули пол.

– Май…– выдохнула она и зажмурилась.

Опора ушла из‑под ног. Тело будто укутало теплой волной, пуховым одеялом полнейшей тишины.

В груди вспыхнул крохотный уголек: пламя медленно разрасталось, ширилось, болезненные всполохи прокатывались от шеи к кончикам пальцев. Невидимый огонь пожирал ее, пробирался в самые тайные уголки души и тела, стягивал тонкие нити мыслей, чувств и желаний в один трепещущий узелок, к сердцу, откуда нить уходила во мрак. Май видела ее, могла прикоснуться рукой к тончайшей паутинке, переливавшейся огненными всполохами.

Постепенно вернулись звуки и запахи, рядом раздался надсадный хрип, от которого сердце пропустило один удар. Под пальцы скользнуло что‑то липкое и горячее, а в нос ударил запах крови.

Справа полыхнуло алым, и комнату осветило странное красное пламя.

Май зажала рот рукой.

Тварь лежала рассеченная пополам. Передние лапы все еще подергивались, на пол вывалились кольца внутренности, скользкий язык свесился из пасти, оставив на зеленоватых плитах влажную дорожку крови и слюны.

Медленно, будто во сне, Май подняла голову. Рядом с убитым существом возвышался знакомый силуэт: резкие изломанные тени играли на лице, алое пламя отражалось в глазах. По всему телу будто прокатывались огненные волны. Они брали начало от груди и скользили по рукам, шее, поясу, точно кто‑то бросил в воду камень.

Тонкая паутинка тянулась от Май к незнакомцу.

Она ей не привиделась.

Хотелось спросить, кто он и что сделал, но язык будто пристал к нёбу.

Во рту пересохло, а из горла не вылетело ни единого звука. Только сейчас накатил холод, и она вспомнила, что сорочка изодрана и едва прикрывает тело. Вскочив на ноги, Май почувствовала, что горит от стыда. Странно, но спина совершенно не болела, как и бок.

Скользнув рукой по коже, она не нашла ран.

– Я…

Рот наполнился кислой слюной, а голова пошла кругом. Колени подогнулись, но ей не дали упасть.

Незнакомец двигался так, что глаза этого просто не улавливали.