Предания серебряной птицы (Сны хрустальных китов том 1)

Я слышал! «Убей меня, только не трогай его!» - так кричал Эри. Этот вопль до сих пор звучит в моих ушах.

- Не может быть, - решительно вставая, отрезал телохранитель. – Повелитель, отступитесь от своих слов! Разве благородный господин Касис мог опуститься до такого? Вы, верно, желаете выгородить этого подлого убийцу, хотя я никак не могу понять – зачем? Его сказки и сладкие речи настолько прекрасны? У этого раба, видимо, язык хитрого лиса. Или его глаза? Каким гнусным волшебством он владеет, что вы готовы измарать ради него имя уважаемого помощника Ро-Верра? Делайте, что хотите, но покуда к вам не вернётся здравый рассудок, я вас отсюда не выпущу.

Не глядя больше на шерхеза, Рестар вышел из покоев и приказал ни при каких обстоятельствах не отворять дверей, запретив остальным слугам даже приближаться к господской спальне. Он сам кормил юношу и помогал ему совершать ежеутренний и ежевечерний туалет, а ночью, свернувшись калачиков в ногах Ко-Сурра, подобно псу нёс свою службу. За три дня, несмотря на все старания старшего телохранителя, благородный шерхез совсем себя запустил.

Большую часть дня он то смотрел в окно, то дремал в кровати. Ко-Сурр почти не прикасался к еде, и молча позволял себя обмывать. Неловкий Пе-Нерр не решался лишний раз касаться господина, и лицо того заросло неровной щетиной. На проводы главного помощника благородный шерхез явился в традиционной шляпе с длинной вуалью, и никто не заметил произошедших в нём перемен. И только одно обстоятельство показалось придворным странным: хозяин отказался брать в руки факел, и хворост под телом главного помощника пришлось поджигать Рестару.

«Он слишком тоскует по господину Касису», - решили присутствующие на скорбной церемонии.

- Я не хочу так просто отпускать его Эхо. Он хотел меня убить, и даже быть закопанным права не имеет. А его препровождают с такими почестями, - отодвигая от себя протянутый факел, огрызнулся шерхез.

- Сегодня состоится суд, - на шестое утро напомнил Пе-Нерр.

- Как он, Рестар? - Этот вопрос юноша задавал неоднократно, но, как всегда, не получил на него ответа.

К двум часам жара достигла своего пика, и тогда во дворе начали собираться зеваки. Кажется, все в городе прознали о случившемся в доме Илифа Ко-Сурра. Многим нравился красивый и добрый господин, и многие слышали о том, что он спас «какого-то оборванца». Ворота не закрывались с самого утра, и толпа непрерывным ручейком текла внутрь со всех улиц.