Предания серебряной птицы (Сны хрустальных китов том 1)

– Рестар, почему?

Конечно, он имел в виду: «Почему ты наводишь на себя такую напраслину?», - но собравшиеся поняли вопрос по-своему, заголосив:

- За что? Зачем? Признайся! Покайся!

- Это вышло случайно, - оборвал их восклицания старший телохранитель. – Я искренне сожалею о своём поступке, но более – о том, что трусливо скрывал свою вину, возложив её на ни в чём не повинного раба. За это я готов отдать свою правую руку и быть изгнанным из этого города.

С этими словами Пе-Нерр опустился на колени и принялся бить поклоны сначала толпе, потом растерянному повелителю.

В отличие от старика Касиса, его уважали искренне, а потому, словно забыв, как недавно требовали разорвать на части убийцу Ро-Верра, горожане с той же яростью запричитали:

- Пощады, пощады старшему телохранителю! Проявите милость, благородный шерхез!

- Ты с ума сошёл? – одними губами произнёс Ко-Сурр, когда его охранник, наконец, поднялся на ноги. – Что ты задумал?

- Просто доверьтесь мне, хоть раз, возлюбленный господин, - улыбнулся тот. – Это я убил Касиса.

И пусть я всего лишь выполнял свой долг, об этом никто не должен знать. Я уже назначил себе наказание, вам же осталось привести его в исполнение. Будьте же мужественны и не сомневайтесь.

- Рестар… - с горечью и благодарностью прошептал шерхез, и громче приказал: – Заковать его! Поместить в клетку!

Двое охранников с неохотой свели начальника с помоста. Они не стали обвязывать его руки верёвкой и даже обезоруживать. В том не было необходимости. Пе-Нерр без понуканий вошёл в низкую клетку, заняв место рядом с рабом.

- Не стоит благодарности, - предупредив дальнейшие разговоры, сразу же предостерёг Ир-Эри телохранитель.

- Я и не собирался. Вы поступили очень глупо. Только дураки берут на себя чужую вину, - неожиданно отозвалось из угла.

- Значит, я дурак, - пожал плечами Пе-Нерр. И больше не произнёс ни слова.

Он пришёл только через три дня. В небольшой комнатке стоял густой аромат жасмина не способный перебить едкий запах лекарств. Пе-Нерр полулежал в кровати, не отрывая взгляда от окна, забранного частой узорчатой решёткой.

День клонился к вечеру, и в комнату заглядывал Глаз Птицы, расцвечивая бледные стены в золотисто-розоватые цвета. Рестар даже не повернул головы на скрип двери и лёгкие шаги по деревянному полу. Лишь уголком рта дёрнул, то ли приветствуя, то ли досадуя на своего гостя.

- Всё же решил поблагодарить? – не дожидаясь, пока тот утроиться на придвинутую к кровати скамейку, иронично поинтересовался Пе-Нерр.