Единственная для принца. Книга 3

«Включите голову, князь, включите голову!»

Да, маленькая хитрюга, выжившая в этом змеином гнезде, тебя стоит послушать!

И потому...

Покой. Безмятежность. Тишина. Плавные, неспешные движения.

«Я стрела на натянутом луке, я готов к полёту, пусть только дичь приблизится. Я спокоен, я наведён на цель. Я поражу её в первое же удобное мгновенье!»

– Не изволите ли, господин Марун, прогуляться по дворцу?

Вот оно! Прекрасно!

Вопрос ожидаемый. Ведь принц обещал. А умение держать слово — достоинство королей.

Так тут принято.

Вот только обычно принц появляется к обеду, а сегодня к завтраку. И если здесь ничего не кроется, то Зиад готов укусить себя за локоть!

– Да, благодарю, – вежливая улыбка. Добавить немного удовольствия в выражение лица – господину послу льстит, что его высочие принц Вретенс явился так рано, чтобы выполнить своё обещание. Это честь! Это почтение! Уважение, в конце концов, к Бенестарии, в лице её посла, конечно же.

– Госпожа Инвиато? – посмотрел второй принц на Перлу, отводящую глаза и жующую свою пухлую нижнюю губу.

– Позволено ли мне... Позволено ли мне не пойти? – наконец выдавливает девушка из себя и сжимается, будто кто-то замахивается на неё, чтобы ударить.

Принц смотрит вопросительно, одним взглядом прося пояснить причину отказа. Перла нервно облизывает губы и, опять немного пожевав ими, выдаёт, жалко смотря в глаза Вретенса:

– Ваше высочие, дни коротки нынче. А у меня вышивка не окончена.

П-простите, пожалуйста!

Прямо отчаяние какое-то и безысходность звучат в этом блеянии на грани слёз.

– Не расстраивайтесь так, маркиза! – в эмоциях принца мелькнула жалость и облегчение. Зиад только бровью повёл. Жалость? Ну-ну!

Всё сложилось очень удачно: широкая лестница вверх, короткий, мало хоженый коридор и узкий проход на винтовую лестницу. Стражники немного отстали, растянувшись цепочкой. Стоило начать.

Чуть прикрыл глаза и всем существом потянулся к шедшему впереди принцу.

Расслабился. Уловил ощущение растворяющихся рук и ног, и задержал его. А потом стал повторять жесты принца Вретенса: опора руки о перила, движение ноги, упирающейся на ступеньку, поворот головы.

Дыхание изменилось. Через мгновенье Зиад почувствовал, что и сердце бьётся по-другому, и в настроении появилась лёгкая меланхолия. Вот тогда господин посол и неплохой менталист стал в мыслях сплетать нужные вопросы.