Ее высочество против! или Принц из булочной

Раньше никто и никогда не задумывался о том, что можно подделать магию, такой необходимости просто не возникало. И теперь все, в том числе и Артис, задумчиво смотрели в пол, пытаясь найти ответ в узорах на ковре. Это еще никому не помогало.

— И кто же кого будет обманывать? — как бы невзначай подал голос Франсис. — Боюсь, если за моего господина будет сражаться принцесса Луиза, зацветет весь Ривелон, и жители столицы сразу поймут, в чем дело.

Луиза досадливо поморщилась.

— Вильгельм должен наследовать трон во что бы то ни стало.

— Ритуал наследования — это праздник. Весь город соберется в ожидании оглашения итога поединка, — напомнил Артис. Одержимость Луизы его немного пугала. — К тому же есть еще комиссия их королей и магов, они будут внимательно за всем следить. Обычные спецэффекты ничем мне не помогут, Елизар просто размажет меня по стенке.

Луиза сжала подлокотники кресла.

— И ты так просто расписываешься в своей никчемности? Даже не попытавшись что-то изменить?

— Что-то изменится, только если я рожусь заново, но перед этим я надеюсь дожить до глубокой старости и умереть в кругу любящих людей.

Зеленые глазищи Луизы яростно сверкали, но и Артис не собирался уступать. Вообще-то они его судьбу тут решали, и это ей позарез надо посадить его на трон, сам бы он и без него прекрасно прожил.

— Может, стоит попросить совета у кого-то еще? — спросил Франсис. — Вы же не собираетесь действовать в одиночку, ваше высочество?

Луиза утомленно откинулась на спинку кресла и смахнула со лба рыжеватый завиток.

— Разумеется, нет. Завтра с рассветом отправимся в Дримлас. Отец поможет решить эту проблему.

— Эй, я не проблема, — обиделся Артис, но Луиза уже поднялась, расправила юбки и под их легкое шуршание покинула гостиную.

— Я никуда с тобой не поеду! — крикнул он ей вслед, уже понимая, что это мало кого волновало.

Глава 4

Глава 4

Путешествовать на голодный желудок — дурная примета

Кто бы сомневался, что заснуть сразу у Луизы в эту ночь так и не вышло.

Перина была мягче лебяжьего пуха, балдахин надежно скрывал ее от лунных бликов, просачивающихся сквозь задернутые шторы, и все будто бы способствовало отличному здоровому сну, если бы не одно “но”. Луиза слишком много думала, и если днем это было только на пользу, то под покровом ночной темноты лишние мысли очень мешали.

Не хотелось признавать, но Артис Вильгельм был во многом прав, пусть и повторял прописные истины.