Любовная магия

Сейчас его занимало прежде всего, что нужно пришельцу от Лейтируэль и почему он так на неё похож.

Когда эльдар подошёл к королеве чуть ли не вплотную, Керри даже глаза протёр. Лицом Лейтируэль и нежданный визитёр были словно брат и сестра, чуть ли не близнецы, вот только лик королевы даже в гневе оставался прекрасен, а черты родственника изуродовала холодная злоба.

Родственника?.. Но ведь он говорил, что Лейтируэль клялась ему в вечной любви. А родственникам такие клятвы не приносят, родственников мы и так обязаны любить вечно.

Объяснение нашлось просто. Ведь это второй эльф, которого он видит в жизни. Люди на первый взгляд тоже наверняка выглядят для представителей других рас на одно лицо.

– Гертинвас, наглый напыщенный подонок, как ты посмел явиться на глаза другому перворожденному до истечения указанного срока? Как ты осмелился прийти в сад замужней женщины, когда она вот-вот останется совершенно нагой? И как ты… как ты смог опозорить расу эльдаров подлым убийством невинных людей?!

Палец Лейтируэль гневно тыкал в неподвижные тела служанок, а взгляд голубых глаз, казалось, готов был поджечь плащ Гертинваса, но эльдар лишь убрал насмешку с лица.

– Хватит, Лейтируэль! Здесь нет зрителей, и не знаю, для кого ты сейчас играешь, представляя меня последним подонком. Да, моё изгнание тяжелее вашего, судом мне запрещено сто восемнадцать лет показываться на глаза любому перворожденному, проживать в тех землях, где живут они, ходить по тем дорогам, которые облюбовали их стопы, и я прекрасно знаю, что в случае нарушения кара падёт не только на мою голову, но и на всех членов моей семьи.

Тех, кто уже и так пострадал, став соседями горделивых смертных и отдав им свою лучшую дочь. Но о моём визите к тебе никто не знает, а ты – не из доносчиков. Да, я проник в покои замужней женщины, когда она готовилась сбросить последние покровы, но разве я никогда не видел этой женщины голой раньше?.. Я познал каждый дюйм её наготы в те годы, когда прапрадеды её супруга носили детские доспехи и ломали учебные мечи. И наконец, крошка, я понимаю, что жизнь среди людей, отвергающих магию, притупляет чутье у самых опытных колдунов, но неужели ты уже не можешь отличить обычные заклятия усыпления от смертных чар?

Да, если приглядеться, можно было понять, что служанки не умерли, а просто спят. Гнев понемногу покидал лицо Лейтируэль, а из голоса Гертинваса исчезли и злость и обида.

– Они спят. И служанки, и стражники, и твой жалкий супруг.