Любовная магия

Вы рано или поздно будете вместе, а я знаю, что не буду вместе с Ней никогда. Вам, бессмертным, тяжело понять, но поверьте… это очень страшное слово – никогда. И если выдержал я, то почему не должны вытерпеть вы?

Кервильд отвернулся, а Гертинвас задумался. Эльфийская девушка по-прежнему не смела приблизиться к двум мужчинам с лицами мальчишек, опасаясь спровоцировать одного из них на удар мечом.

– Пожалуй ты прав, друг. Надеюсь, ты позволишь себя теперь так называть?..

Кервильд быстро кивнул. Теперь ему только оставалось помочь Гертинвасу подняться и перевязать раны.

Лейтируэль приняла участие в перевязке, за время которой никто из них троих не сказал ни слова. По традиции первым нарушил тишину Гертинвас:

– Лейтируэль, клянусь вечностью наших будущих детей, что никогда не стану чинить тебе вреда. Клянусь, что больше не появлюсь тебе на глаза до истечения положенного срока. Клянусь не делать никакого зла ни твоему нынешнему супругу, ни твоим приёмным детям. Принимает ли мой друг, господин Кервильд, эту клятву?

Кервильд ответил кивком.

Сколько раз он читал в рыцарских романах, как из смертных врагов вчерашние противники становятся лучшими друзьями, но первый раз столкнулся с такой реакцией на милосердие в жизни.

Правда, последнее, что сделал Гертинвас перед тем, как исчезнуть в холодном небе верхом на быстрокрылом пегасе, было не совсем по-дружески. Кервильд просил его ничего не говорить, но эльф всё равно крикнул на прощание:

– Наше колдовство – ничто перед настоящей любовью, особенно когда любят люди! Смешная, странная раса.

Он любит тебя, Лейтируэль! По-настоящему и давно любит, и дрался так не за свою королеву, а за свою возлюбленную! Он заслужил награду!..

И вот они остались вдвоём. Кровь с такой скоростью бежала по жилам Кервильда, что он не чувствовал холодной одежды, тем более что уже начинало светать, а значит теплеть, а королева взяла его под свой плащ.

Они стояли совсем рядом, их бока и бёдра соприкасались. Раньше такое бывало только в его мечтах. Крылатый конь с эльдаром в седле уже давным-давно исчез из поля зрения, но Кервильд упорно делал вид, что видит его.

– Керри.

Высвободившись из-под плаща, королева положила руки ему на плечи. Керри вздрогнул от неожиданности и почувствовал, что опять краснеет. Сколько раз за эти сумасшедшие сутки кровь приливала к его лицу? Не сосчитать…

– Керри, прости, что сразу не различила твою любовь и не постаралась погасить маленький огонёк, пока он не разросся в большой пожар.