Любовная магия

Но в любом случае ты сегодня совершил подвиг. Ты спас мою жизнь и пощадил моего возлюблённого… да, я никогда и никого не любила, кроме этого безумца, мечтающего об империи… и за это заслужил благодарность.

Королева улыбнулась и ласково коснулась царапины под его глазом. Кровь с новой силой бросилась в лицо юного оруженосца.

– Я не могу стать твоей любовницей, как не могу вернуться к Гертинвасу до смерти Корика. Уже светает, но моя мана начинает восстанавливаться. Я могу продлить эту ночь на то время, на какое хватит твоих сил….

Да, Керри, у тебя будет всего одна ночь, но у многих, кто меня любил, не было шанса даже на это. Пойдём в покои, мой отважный оруженосец… нет, не оруженосец, уже рыцарь, хотя пока это знаю лишь я. Вначале ты будешь мучиться, жаждать повторить эту ночь любой ценой, но потом она станет для тебя просто воспоминанием. Самым ярким воспоминанием твоей, увы, не бессмертной жизни. Огоньком, согревающим в самую холодную пору, негаснущей звездой на любом, самом запутанном пути. А может случиться ещё лучше, ты влюбишься в девушку своей расы и забудешь ту злосчастную первую ночь. Но в любом случае ты не пожалеешь, Керри. За мной, мой маленький рыцарь. Эльфы моего рода не из тех, кто не платит долги…

Совсем недавно Кервильду казалось, что случись такое чудо, если Лейтируэль только поманит его, он поплывёт ей навстречу через самый бурный поток. Но сейчас королева тянула его за рукав и недвусмысленно дала понять зачем, а Кервильд стоял, будто каменный.

Эльфы моего рода не из тех, кто не платит долги, эльфы моего рода не из тех, кто не платит долги… долги… маленький рыцарь… уже рыцарь….

хотя пока это знаю лишь я…

– Моя королева, я безмерно ценю вашу красоту и почёл бы за величайшую радость даже поцелуй, подаренный вами, но прошу поверить мне на слово: для меня нет большей награды, чем просто сделать доброе дело. Я ведь сделал… доброе дело?

Лейтируэль засмеялась и щёлкнула его по носу.

– Глупенький, это мечта, понимаешь, мечта. Выброси из головы хотя бы на одну ночь свою рыцарскую мораль.

Маленький рыцарь… уже рыцарь…. хотя пока это знаю лишь я…

– Моя королева, я безмерно люблю вас, но поверьте, это любовь учтивого подданного, а не почтительного влюблённого, как показалось господину Гертинвасу.

Королева слегка нахмурилась.

– Тогда как прикажешь понимать твою попытку увидеть мою наготу?

Ложь – тяжкий грех, но Кервильду показалось, что это как раз не тот случай, чтобы маяться щепетильностью.

– Спор. Это был спор с мальчишками.