Чийский шёлк

Уже за дверью, стоя рядом с вежливым и равнодушным лакеем, одетым в цвета, которые носили все слуги, приехавшие с Посольством, Джейна осмелилась задать последний вопрос.

— Как... как мне отблагодарить вас?

Маг чуть откинул голову назад и широко раскрыл свои жуткие глаза, словно этот вопрос застал его врасплох:

— Ну, раз уж речь об этом зашла, милая, — он ухмыльнулся. — То ты сама предложила. Окажешь мне в будущем услугу. Не-ет, не красней, ни о чём подобном я своих должников не прошу, — он насмешливо выгнул бровь, по залившей лицо Джейны краске поняв, что пронеслось у неё в голове.

— Просто постарайся сделать так, чтобы вот это всё, — он кивнул в сторону покоев. — Не было напрасным. Всё, ушла с глаз моих.

Джейна неуклюже сделала книксен и, дрожа от ужаса и осознания всего произошедшего, поспешила за слугой, который действительно вывел её в бальный зал. Отсутствие Джейны, увы, заметили, и она заплетающимся языком рассказывала матери чужую ложь, приправленную для достоверности её собственными выдумками.

Анита с сочувствием смотрела на подругу и поджала губы, когда леди Алисия увела Джейну в сторону, чтобы строго напомнить о больном материнском сердце, правилах приличия и всём остальном. Джейна слушала её почти невозмутимо, изображая на лице раскаяние и бормоча что-то насчет того, что больше так не будет. После выговора она была увлечена Анитой на балкон, для допроса с пристрастием, но разочаровала её — от Джейны ожидали совсем других подробностей.

Фраза графа про подругу, которая что-то такое ему сказала, прочно засела в памяти.

Чувствуя, что любопытство Аниты её гнетёт, Джейна изобразила дурноту и весьма убедительно упала в обморок. Леди Алисия, увлечённая разговором с какими-то очередными очень важными людьми, искренне испугалась и, свалив всё на переутомление и вино, в распитии которого у Джейны совсем не было опыта, поспешила вернуться с дочерью домой, расточая извинения многочисленным знакомым, полузнакомым и прочим заинтересованным людям.

X

Весь следующий день Джейна провела в постели, ссылаясь на одолевшую её мигрень.

Матушка пару раз заходила в спальню, что-то спрашивала и явно о чём-то догадывалась, но Джейна молчала, как пойманный шпион. После ухода леди Алисии Джейна расплакалась. Она с утра ничего не ела, и голод, и эта истерика вызвали настоящий, не придуманный приступ головной боли, заставивший Джейну раньше лечь спать.

Утром она узнала, что граф Доннели прислал записку и обещал приехать после обеда.