За стеной из диких роз

Дверь сдвигалась на несколько сантиметров, но тут же начинала тянуть назад всей своей тяжестью, унося отчаянно скребущую по полу каблуками Анну следом. Девушка не оставляла попыток, даже когда ручки выскальзывали из рук или дверь грозилась вот-вот прищемить её при попытке успеть проскочить в образовывавшуюся между дверью и стеной щель. И только чувство, что время бежит вперёд, ускользая сквозь пальцы, заставляло девушку спешить и ещё отчаяннее царапать древесину и ругать металл в попытках проникнуть внутрь.

Вдруг ей показалось, что она услышала глухой стук, будто кто-то легко побарабанил пальцами по стеклу, просясь внутрь.

Но на высоте третьего этажа делать это было некому. Аннабелль похолодела, на несколько минут позабыв о своём противостоянии с дверью, и подошла к занавешенному плотными шторами окну. Стук повторился. Он резко отличался от мерного безразличного постукивания капель дождя по стеклу и карнизам. Анна отдёрнула штору, дрожа от неприятного, липкого страха, сползавшего вниз по спине вдоль позвоночника и примешивавшегося к нему волнения. Сверкнула молния и на окне вспыхнул рисунок из линий сбежавших вниз по стеклу капель.

«Постучи».

В этот момент Анне стало не на шутку страшно. Будто кто-то вёл её вперёд, указывая путь невидимой рукой, и делал это давно, ещё до того, как девушка оказалась в этом странном месте. И всё же она не могла противостоять своему проводнику, чьи мысли слились с её собственными и, несмотря на всю свою парадоксальность, были неотделимы от девушки. Она осторожно подошла к двери и с сомнением обернулась к стеклу.

«Стучи! Стучи! Стучи!» — водяные линии стекали вниз и появлялись вновь, сменяя друг друга, но так и не исчезая, словно кто-то диктовал дождю одно и то же слово. Аннабелль казалось, что она слышит тихое бормотание в барабанной дроби дождя. В тот момент она перестала сомневаться и безоговорочно верила всем встречавшимся ей знакам, не сомневаясь в том, что они далеко не случайны. Она вздохнула, собираясь с силами, и трижды постучала в дверь.

Та в ответ приоткрылась, но ровно настолько, чтобы девушка могла протиснуться боком и не дыша. Анна скептично посмотрела на открывшийся ей проход, но, посчитав, что это будет однозначно лучше, чем ничего, вошла. Дверь тут же закрылась за ней, как будто и сама не хуже девушки знала, что той нельзя здесь находиться.

Огонёк свечи нервно дрожал из-за кравшихся по полу сквозняков, атаковавших дверь с внутренней стороны, подобно пытавшимся выбраться наружу заключённым.