Черная метель

Мы связаны кровью, возможно, ты знаешь эту историю?

Дар помедлил, подбирая слова. И она вспомнила, что не зря оставила амулет наверху, подальше отсюда. Все должно быть честно. И кедры согласились с ней, отступая, удаляясь своей необыкновенной аурой и, превращаясь, пусть ненадолго, в обыкновенные, но громадные, выше самого высокого здания в городе, деревья.

— Деревья?

Он удивился. Наверняка ждал чего-то другого и сейчас раздумывал, стараясь, как можно честнее выразить мысли, навеянные ее вопросом.

— Ты знаешь, там, где я вырос, деревья были почти такие же. Высокие и сильные.

Девана порывисто обернулась. Дар стоял, задрав голову, и рассматривал что-то в вышине, что-то, что за сотнями ветвей разглядеть было невозможно. Ни один солнечный луч не мог пробиться сквозь тень, отбрасываемую сотнями тысяч иголок. Хотя… может быть, страж просто старался увидеть что-то скрытое за пеленой прошедших лет.

Дана разомкнула его руки, сложенные на груди, и сжала большую ладонь с мозолями от ежедневных тренировок в своих живых человеческих ладонях.

— Расскажи мне об этом месте. Расскажи еще о себе.

Теперь Дар смотрел ей прямо в глаза, и это был взгляд знающего себе цену взрослого человека. Она вновь почувствовала прилив гордости. Она не знала, каким образом судьба определила ей в стражи, в спутники жизни этого молодого мужчину, но испытывала за это огромную благодарность. И еще Данаона должна была в который раз признаться — она ревновала.

— Там все желтое. Песок, дома, дороги.

Дар произнес это так, будто вновь вглядывался в ту землю, где провел большую часть жизни. Кто знает, может быть, всю свою жизнь. Жизнь, из которой его вырвало предназначение по имени Девана.

— Где-то за радугой.

Это был редкий случай, когда Дане удалось удивить своего стража. И потому особенно приятный.

— Есть место, где можно обрести то, чего желаешь. Место, куда можно добраться только по дороге из желтого кирпича.

Он по-прежнему не отводил взгляд и не пробовал освободить руку. Жар, исходящий от ладони, способен был воспламенить любого. Любую. Но только не дракона. Для дракона это пламя было… неопасно.

— Я прошел эту дорогу до конца.

Волнение отпустило ее и, почувствовав, как волна наконец отхлынула, исчезла, Дар произнес совершенно будничным, уверенным голосом:

— Вчера первосвященник освятил наш брак.