Сквозь время я пойму себя

Карета рассыпалась в прах и вскоре Эмиллия приземлилась пятой точкой в фонтан, изображавший сражение двух гигантов на скалках.

Тёплая вода всегда приятна, если ты намеренно в неё залез. А когда нет, то и эмоции соответствующие.

- Да чтоб тебе икалось! – в сердцах воскликнула она.

ГЛАВА ВТОРАЯ

«Змеи, драконы, грифы, охраняя сокровища,

всегда охраняют пути к бессмертию,

ибо золото, алмазы и жемчуг есть символы,

воплощающие в себе сакральное начало

и дарующие силу, жизнь и всеведение».

Мирча Элиаде

С трудом выбравшись из чаши, в которой стояло произведение искусства, Эмиллия замерла с открытым ртом.

Пред ней возвышалось огромное круглое многоэтажное здание из прозрачного хрусталя. В нём, как в муравейнике, копошились разные существа.

Всё, конечно, выглядело просто. Подростки в форме спешили каждый по своим делам: кто на занятие, кто торопился на обед после них. Преподаватели незаметной тенью проходили по краю карниза, нисколько не боясь падения с огромной высоты.

А на шпиле необычного здания восседал самый настоящий грифон с головой, когтями и крыльями горного орла и львиным телом, покрытым золотистой шерстью. Казалось, острие пронзает мифическое существо насквозь. Но если приглядеться, можно заметить тонкую полоску белесой иглы.

Почувствовав на себе взгляд, грифон стремительно полетел вниз, издав громкий клич. Приземлившись рядом с незнакомкой, он непроизвольно понюхал её макушку и расчихался.

Эмиллия отпрянула и, не рассчитав, угодила в фонтан повторно.

Брызги взметнулись ввысь, окатив её голову и превращая в некое чудовище из-за потёкшего макияжа.

- Простите, леди, – выпалил мужчина, стоявший на месте, где секунду назад стоял грифон. – Не рассчитал траекторию приземления.

Приветливая улыбка улетучилась, когда девушка завела прилипшие пряди за уши, открыв серые глаза с тонкой полоской зрачка.

Кошачьи глаза – предвестники гибели. Так гласилось с древних времён на пике Сме-Ртий.

- Элементалий, – скривился он, почувствовав силу, витавшую возле девушки.

Эмиллия замерла на месте, ощутив явную неприязнь.Ноги начинали мёрзнуть, а от них и всё тело. Пользоваться своей силой она не умела, да и рано было до её пробуждения. Поэтому на заявление грифона она ничего не ответила.

Молчание затягивалось, останавливая время на месте.

- Дан…Дан… Данц Льинов, – запыхался щуплый адепт. Высокий не погодам, он смотрел сверху вниз на мужчину. Чёрно-синяя форма висела на нём мешком.