Серебряная уточка

–Вот значит как, как в древних песнях решил поступить? Да, много легенд о сватах да свадьбах ходит по нашим землям, да часто в них, коли парень люб, девица советом ему помогает, советом верным. Но вот, что скажу я тебе: ни чета они мне. Смертные девы, что крутят мельничные жернова, да молят по ночам луну и звёзды о добром муже… Меж мною и ими огромная разница. Потому не буду давать тебе я совета, как поймать Хииси. Где искать его ты знаешь, кровь в тебе течёт волшебная, а коли ты и впрямь достоин взять меня женой – и так справишься.

–Неужели тебе всё равно, что со мной будет? Ведь не только моя судьба, но и твоя этим делом решается?–Думаешь, боюсь всю жизнь в девка просидеть? Полагаешь, увянет моя краса и перестанут приходить к нашему порогу мужи до неё охочие? Да не проси прощенья, я не в обиде. Все девушки, каких ты встречал на пути своём об только и думали. Но скажу ещё раз: не ровня они мне. Почему я должна бояться остаться в девицах? Вот мать моя Лоухи, не имела никогда мужа, а сама себе хозяйка. И почёт ей, и уважение, и достаток, и дети себе на радость.

Да и боятся её многие. Впрочем, мои сёстры, пожалуй, не согласились бы со мной: в них от человеческого рода куда больше чем во мне вышло. Не ту дочь выбрал может, а охотник?

–Ты прекраснее всех, кого я видел.

–Это верно. Всех кого видел, и, пожалуй, всех, кого на пути ещё ты не встретил. Лестна мне верность твоему решению бороться за руку мою, но совета я тебе как поймать лося Хииси не дам. Дам другой совет: не держи зла на мать мою.

Ей много лет, куда больше, чем можешь ты представить. Пуще всякой беды боится она одиночества. Потому и не хочет выдавать нас с сёстрами. На тебя, как и на всякого свата, иного зла не держит. Будь воля её – заперла бы она нас в светлицах, да разве красивую девушку можно утаить от любопытных глаз? То же не корова или дивный золотом шитый наряд. В хлеву не закроешь, в сундук не упрячешь.

Больше ничего не сказала девушка. Раздосадован был Вейно этим разговором, не получил он помощи от невесты, да и отказа не получил.

Будто ради шутки он жизнью рисковать своей собирался, будто и не трогает её ни сватовство, ни восхищение красотой её.

Минула ночь, а утром расписные сани вновь стояли на дворе. Сняли с них серебряных птичек, выгрузили сундуки с подарками, я нежную тюленью шкуру заменили на мягкую овчину. Сел в сани Вейно, да и Айна в уголке пристроилась. Только конь головой тряхнул, да фыркнул ворчливо, когда незримая девица прошла слишком близко от его морды.