Теплые объятия метели

– Леди Найрис, но мы, правда, ничего не можем сделать, – Рики потупила взор и стала теребить подол фартука, – Госпожа Аллис приказала привести ваши вещи в порядок после дороги, и вас тоже. Мы с Дорой решили, что пока все раскладываем, вы можете подольше поспать.

– Хотя это целиком противоречит правилам, – недовольно проворчала Дора.

Вздохнула. Винтер, тебе жить в этом змеином гнезде. Стоит поумерить пыл, спрятать клыки и плыть по течению. До четверти финала.

– Хорошо. Я хотела бы посетить купальню.

– Она работает с семи до восьми тридцати вечера, – Рики развела руки в стороны, – Госпожа говорит, что это самое оптимальное время для процедур.

– А умыться я могу? Или это тоже по вечерам? – не удержалась я.

– Мы принесли тару с родниковой водой, теплое полотенце.

Я встала с постели, услышала шепот Доры, но не разобрала слова. Видимо, оценивала мою простую сорочку.

За ширмой, использовала нужник. Было несколько непривычно, ведь столько лет прожила в простоте.

– Приготовьте розовое платье, – велела я и подошла к таре с водой, пару раз обмакнула лицо, вытерла полотенцем.

– Вы такая свежая, – Рики хихикнула, – Извините, леди. Просто, остальные ноют, что нужно вставать так рано.

– Это еще не рано. Обычно, я поднимаюсь засветло. Подайте платье, пожалуйста.

– Мы вам поможем, – Дора и Рики зашли за ширму, – Давайте снимем сорочку. Мы отнесем в прачечную, как и ваши дорожные вещи.

Неплохо бы и купленное постирать, но я не могла сказать, где купила наряды. Готовые туалеты не приветствуются в высшем свете. Особенно, если ты дочка графа. Даже учитывая, что отца больше нет, обо мне всегда будут думать только так. Леди должна быть утонченной и следовать этикету.

Спустя полчаса, я стояла перед зеркалом, которое не заметила вчера вечером и смотрела на себя.

– Вы красавица, – вздохнула Рики, и даже хмурая Дора улыбнулась, – Вам идет этот цвет.

– Благодарю.

Я не считала свою внешность чем-то выдающимся. Все, как у всех: две руки, две ноги, мозг… Глаза теплого серо-зеленого цвета, слегка раскосые; длинные темные вьющиеся волосы, которые блестят медью на Солнце – вот, пожалуй, и вся моя гордость. Будучи маленькой, спрашивала маму:

– Меня зовут Винтер, но волосы совсем-совсем не снежные.

– Ты мне приснилась однажды, и я тебя назвала «Зима». На старом языке звучит очень красиво, – объясняла она.