Некромантка. Зелёный дар

- Хорошо, - Симфиропий мило улыбнулся, а юная расхитительница могил потопала снова в сторону любимой статуи.

Каменный балахон утопал в полутьме, тёмный провал из-под капюшона заставлял если не бояться, то уважать, а смертоносная коса внушала многим ужас своими исполинскими размерами. И она была настоящей (в отличие от новой статуи Бога) – не каменной. Заточенная, блестящая, прекрасная в своём смертельном великолепии… И как она не затупилась за столько лет? Нежа улыбнулась про себя, вспоминая, как мама впервые привела её в храм и подвела к статуе Арея.

- Видишь милая, это Бог Арей, он покровительствует детям.

- Поэтому он выглядит, как ребёнок? – спросила пятилетняя девочка, задумчиво разглядывая ярко-зелёными глазками статую ребёнка.

-Да, поэтому, - мама не стала распространятся обо всех веяниях в поклонении Трём Братьям и указала на второго идола. – А это Цард, его ещё называют Живагом, он покровительствует взрослым, но и детей тоже любит, - Милана ласково погладила малышку по головке.

Девочка посмотрела на красивое изображение Бога и тут увидела, наконец, за ним чуть в отдалении «страшную» из чёрного камня статую. Маленькие ножки буквально понесли малышку к каменному изваянию через толпу прихожан, выстроившихся у статуи Царда. Она остановилась перед самым основанием. Такая маленькая девочка в белом платьице, в лакированных туфельках с застёжкой, с обручем в белокурых локонах и с яркими зелёными глазами перед страшной статуей Мора.

- Живой… - прошептала девочка. – Ты живой! – сказала она громче, показывая пальчиком на статую и заставляя обернуться почти всех прихожан.

- Милая, ты чего? – Милана тут же бросилась за малышкой и схватила дочку на руки.

Тогда, уже у самого входа в храм к ней подошёл преподобный и тихо сказал:

- У вас необычная дочь, помните об этом, - Симфиропий хотел добавить ещё что-то, но его отозвал один из помощников, какой-то прихожанке требовался совет.

Позже Добронега поняла, что Симфиропий хотел сказать (вернее она так думала). Священник увидел в девочке, ещё не подозревающей о своём даре, будущего сильного некроманта и хотел предупредить мать Нежи, что «тёмному» магу, тем более такому, не следует расти в семье «светлых».