Грани миров. Пленница тирана.

Свет играл на них столь причудливо, что наблюдателю мерещились то бегущие по периметру звери, то танцующие люди, то письмена, а то и вовсе какая-то абракадабра. И вся эта фантасмагорическая конструкция дополнялась ещё и ароматами благовоний.

Таймар прислушался, не идёт ли ещё служба. Вроде никто не пел, не исполнял странных обрядовых танцев, да и чанов с любовными эликсирами не наблюдалось. Он рассудил, что пришёл вовремя и, стараясь не слишком глубоко вдыхать коварные сладостные ароматы, разносящиеся по всей храмовой площади, вошёл внутрь.

Его встретила уже знакомая высокая жрица с неприятно вкрадчивым взглядом. Таймар коротко кивнул ей и остался у дверей. Женщина подозвала просителя жестом и велела следовать за ней. Вся процедура повторилась, как и утром, только на этот раз князя привели не в лабораторию, а в небольшую келью. Хозяйка комнатушки, вмещавшей в себя лишь кровать, стеллаж с книгами и крохотный стол, встретила гостя ещё более загадочно, нежели утром. Она поднялась с кресла и вышла из-за стола, велев жрице оставить её наедине с гостем.

— Ну что ж, воин, — пропел её мелодичный голосок, губы улыбнулись, но глаза остались задумчивыми.

Годи снова гипнотизировала его своими хамелеоновыми глазами. Она всматривалась в его лицо, будто искала какую-то печать, что ставят иной раз Высшие на своих избранников.

Князь не знал, обладал ли он такими знаками отличия, да и мало кто из живущих подозревал о подобных подарочках, но ему отчего-то страшно захотелось оставить свой статус в секрете.

Не нравилась Таймару сама идея того, что некто будет лучше его самого понимать его связи с Богами.

От липкого, обволакивающего взгляда хамелеоновых глаз, князю сделалось гадостно. Он старался не попасться на увёртку годи. Из последних сил противился приказу склониться и утонуть в омуте загадочного взгляда.

Амиле его противостояние не понравилось, но то ли она решила, что её гость под защитой некоего высокого покровителя, то ли ей просто надоело сражаться с упрямцем, а только гипноз её резко прервался.

Жрица чуть заметно дёрнулась, потом развернулась к Таймару спиной и, подойдя к столу, взяла в руки розовый бархатный мешочек.

— Вот ваш камень, — проговорила она, поворачиваясь вполоборота и лениво протягивая руку. — Я сделала всё, что было в моих силах. Надеюсь, он будет работать, как прежде. Но гарантий, как вы понимаете, я дать не могу.

Князь степенно шагнул к столу (хотя всё его тело кричало, — схвати камень и выметайся).