Поезд в Аркенор

В отличие от Надаэра, я наотдыхалась на девять жизней вперёд, и потому продолжила к нему приставать:

— Кто это был?

Волхонский помолчал, как будто подбирал для ответа слова.

— Это мой наставник, — почему-то мне показалось, что ему неловко говорить эти слова. — магистр Ордена Теней. В его распоряжении достаточно людей и они отправятся к точке перехода. Вступать в прямую конфронтацию им нельзя, но они предупредят нас, если там есть враг. А если нет — просто дождутся.

***

Надаэр

Наконец девчонка отстала и умолкла.

Недавняя череда переходов вкупе с небольшим сражением стоила мне немалых сил, а ночью поспать толком не удалось — глаз невозможно сомкнуть в одной кровати с ней.

Королевская кровь безусловно заметна в каждом, в чьих жилах она течёт. Но мне казалось, я давно уже привык находиться среди принцев и князей. Однако сила, пульсирующая в хрупком теле этой девочки, так и норовила пустить мне в сердце электрический разряд.

— Расскажи мне о нём, — снова оживилась Элирена.

Я подавил вздох.

— О ком? — спросил я, хотя и так знал ответ.

— О принце Асмодее. Так его зовут?

Я помолчал, размышляя, с чего начать. Принц Асмодей составлял такую огромную часть моей жизни, что я не знал, как вместить её в нескольких словах.

— Ему двадцать два года, — наконец начал я. — Но он успел пережить столько, сколько не каждому удаётся увидеть и к сорока. Принц Асмодей — законный сын последней императрицы Аркенора. Он умён и бесстрашен но… Некрасив.

Элирена промолчала, и я продолжал.

— Ему было двадцать, когда люди Калерона захватили его в плен. Асмодея пытали, пытаясь заставить отречься от права на престол. Это длилось почти полгода, и даже мать успела проститься с ним. Никто из нас не знает, что он пережил, — я невольно стиснул кулак. Однако взял себя в руки и продолжал: — Когда нам удалось его отыскать, лицо и тело принца оказались изранены — но он обрёл великую силу.

Я перевёл дух, размышляя, как уложить в несколько слов всё, что произошло потом.

— Через некоторое время императрица покинула наш мир. Это сложно объяснить, потому что это не совсем смерть… но больше её нет. И с тех пор, вот уже год, Аркенор тонет в многовластии, которое никак не удаётся прекратить.