Улица Венеалме

– Арчелл, где кир Конда? – спросила она тихо, передавая свёрток. – Это надо отдать Иллире. Где твой кир? Вернулся?

– Он в городе с утра. Зачем тебе?

Аяна сжала челюсти. Ладно. Дыши, говорила олем Ати. Дыши!

– Всё хорошо, Арчелл. Просто поинтересовалась, – сказала она, незаметно слегка распуская завязки корсажа. – Передашь, хорошо?

Она дышала, вбирая удушающий отвратительный сладкий запах дисодилий, родной аромат купресы, раздражающую гарь с кухни, где кто-то разлил молоко на очаг, благоухание сена из матраса и отголоски затхлости от перьев подушки, приглушённые чистой сероватой наволочкой, слегка царапавшей ей щёку, и осторожно вела пальцем по переплетениям нитей, которые были близко-близко, слегка опушённые ворсинками, ныряющие друг под друга, сплетающиеся, как намерения знакомых и незнакомых ей людей, в сложную, плотную ткань окружающего её мира.

Глава 16. Добро пожаловать в мой кошмар

– Тебе звонят, – сказала Дестрикта из-за двери.

Сливовый ковёр нежно смыкал мягкий пышный ворс над носками её синих туфелек.

– Заходи!

Гелиэр умывалась над небольшим металлическим тазом с тонкой гравировкой по краю: лозы нокты свивавлись и переплетались в бесконечном танце.

– Юталла будет твоей ками после моего ухода. И Рида заходила ко мне сегодня, – сказала Аяна, завороженно кружа взглядом по бесконечной лозе. – Она скучает и спрашивает, можно ли увидеться с тобой, кира Атар.

Она с усилием отвела глаза от гравировки и посмотрела на счастливое, румяное лицо Гелиэр.

– Мне передать ей что-то?

– Да.

Я бы хотела погулять по саду, – сказала Гелиэр, промокая мягким полотенцем капли на лице. – Может, Айлери присоединится?

– Я спрошу. Гели, как ты?

– Хорошо. Я сделала, что ты сказала, и он... заснул.

– Заснул? – Аяна зажала рот рукой и зажмурилась, пытаясь не смеяться. – Гели...

– Почему ты смеёшься? – обиделась та. – Ему понравилось! Просто, наверное, он не выспался. Он же с утра ушёл, не поспав, и так весь день и сидел за этими своими цифрами... Ты как-то говорила, что наш кучер такой же, как и мы, и его тело так же нуждается в отдыхе и еде.

Раньше я как-то не думала о таком. Я... я немного боялась, когда ехала сюда в этой красной клетке, ну, знаешь, не понимала, чего мне ждать, но он заснул и сопел... почти как Кортас под столом у отца. Я рассматривала его руки и пятна чернил на пальцах, и немного жалела его, потому что он явно устал. А потом проснулся и просто обнял меня, и мне не было одиноко впервые за... за столько лет.