Улица Венеалме

Капойо, ты куда мне поднос суёшь? – прошептал он , отпихивая поднос. – Ты тоже.

– Я?

– Да. Куда собралась?

Аяна нахмурилась, но шагнула за ним.

– Зачем? – сердито прошептала она.

– Будешь ждать госпожу.

– Я не буду стоять на мужской половине, – тихо сказала Аяна, чуть не запнувшись об ковёр. – Что за околесица? А если кир Орман придёт?

– Ты правил не знаешь? А если твоей госпоже понадобится что? – прошептал Като. – Да что с твоими ногами! Дай графин! Ещё не хватало потом запах сводить!

– Она мне позвонит, если понадобится что! Поставь на место!

Като зыркнул на неё и постучал в дверь.

– Гели? – Мират явно ждал под дверью. – Ты... Принесла мне поесть?

Гелиэр, розовея, шагнула вперёд, и он протянул ей руку.

– Гели! Еда!

Гелиэр не глядя перехватила поднос, едва не рассыпав виноград. Дверь закрылась.

– На. – Като сунул Аяне графин, прилипая бугристым ухом к двери и закидывая в рот несколько виноградин, которые успел ухватить с краю.

– Ты что делаешь, бесстыдник? – поразилась Аяна.

– Ты что творишь?

– Тихо! Ничего не слышно! – прошептал Като, отмахиваясь. – Тс-с-с!

Аяна обомлела от такой наглости. Это было немыслимо.

– А ну отлипни от двери, иначе я сейчас постучу и сдам тебя! – выговорила она тихо и очень яростно. – Немедленно!

– У-у, напугала, – хмыкнул Като, потом, по-видимому, услышал что-то и просиял: – О! Другое дело!

Багровые язычки пламени лизнули сузившуюся до одного тёмного затылка Като картинку. Аяна шагнула вперёд, хватая его за воротник синей ливреи.

– Ах ты бесстыжий! – тихо воскликнула она. – Как тебе не стыдно! А ну пошёл отсюда!

– Эй! Руки убрала! Ты что себе позволяешь! – обернулся он. – Сейчас кирио услышат, и нам обоим влетит! А ну, тихо!

Он отошёл от двери, нахмурившись, и мрачно смотрел на насупленную Аяну.

– А ну, дай, – сказал он, протягивая руку и хватая графин.

– Это не тебе, – прошептала Аяна, хватаясь за пробку. – Это хорошее вино! Пойду отнесу на кухню. Пусть звонят, если понадоблюсь! А ты не вздумай подслушивать, нахал! Что ты за человек такой? Тебе бы понравилось такое самому-то?!

Вот это да.

.. Она развернулась и зашагала прочь, яростно оглядываясь. Вот это да! Немыслимо... Мало толпы перед дверью в ночь свадьбы, так ещё и в дальнейшем полное отсутствие уединения. За любой дверью может стоять камьер... Степень осведомлённости напрямую связана с бугристостью ушей? Или это признак неосторожности?

Аяна свернула за угол, поправляя пробку.