Улица Венеалме

– И чем я её так не устроила? Многоглазой рыбой, которую вышиваю?

– Не знаю, – повела плечом Гелиэр. – Расшнуруй меня. Душно.

Душно. Именно это слово очень, очень подходило ко всей их этой прогулке. Аяна покачала головой, распуская ленты на спине киры Атар.

– Как ты выкрутилась с Ридой?

– Я сказала всё как есть.

Аяна шагнула, обходя её, и взглянула в весёлые глаза, которые были сейчас чистыми и незамутнёнными, как летнее небо над заливом.

– Что же ты ей сказала? – с таким же весёлым подозрением спросила она.

Гелиэр подняла кисти рук и изобразила когти хищной птицы.

– Вот это. Я ни слова не солгала, – пожала она плечами. – Я просто не стала говорить ей всё. Прямо как ты тогда. Напустила тумана.

Она дёрнула за шнурок у двери.

– Есть хочется. Знаешь, что ещё мне сказала Айлери? Она сказала, что есть один хороший способ избежать... излишне частого внимания Мирата. Надо просто сказать, что дни неподходящие.

Аяна села и закрыла глаза рукой.

– Мне было настолько неловко, насколько это только возможно, – поморщилась Гелиэр.

– Странно, – резко кивнула Аяна. – Я знаю. Я знаю. Я тут всего полгода, но уже начинаю чувствовать, как тону в душном болоте ваших странных порядков. Всё, что происходит со мной и с Кондой, похоже на непонятный дурной сон, после которого просыпаешься в липком омерзении. Люди выглядят как люди, но они делают и говорят вещи, которые заставляют меня спрашивать внутри себя: "Что ты творишь? Что ты несёшь?" Как можно было... как можно было обманом заставить человека жениться помимо его воли и вталкивать ему в комнату девушку? Как? Что это за бред потерявшего рассудок? Как можно держать тебя или Айлери взаперти, в доме у моря, и внушать, что терпение – то, что возносит на небеса?! На небеса возносит много что, включая мороженое, но никак не терпение!!!

– Тише, Аяна, ты кричишь.

– Госпожа придёт ужинать в общую комнату или будет есть у себя? – спросила Юталла, заглянувшая в дверь.

– В общей, – сказала Гелиэр, тревожно косясь на Аяну.

– Ты сбегаешь от меня. Конечно. - Аяна схватилась за виски. – Прости. Я заговариваюсь.

Гелиэр развернулась и серьёзно посмотрела ей в глаза.

– Я думаю, тебе стоит съездить по поручению.

– Ты решила последовать совету Айлери и избавиться от меня?

– Ты как-то раз сказала, что твой конь начинает... прости. Дурить. Он начинает дурить, если застаивается. Кажется, я теперь увидела, как это выглядит. Я думаю, тебе стоит поехать и покричать в полях.