Улица Венеалме

– Какой смысл писать и читать книги о том, чего нет?

– Чтобы... Ну, чтобы мечтать. Лежать в темноте, засыпая, и мечтать, и чтобы мечты переносили тебя в какой-то другой мир, где всё так же, но слегка иначе, или вообще по-другому. Представлять себя другим человеком, или вообще созданием из сказаний, которое живёт под водой. Что чувствует рыба, когда выныривает и летит над водой? Я знаю только, что чувствую, ныряя в бухте, но неужели тебе никогда не хотелось узнать, что ощущают рыбы... или как видят сверху чайки наши корабли, стоящие в порту, когда летают так высоко?

– Ты.

– Я образно... Я не в прямом смысле, – вывернулась Аяна. – А те, которые о путешествиях?

– Зачем мне это?

Аяна сдалась.

– Ладно. Мы говорили про вышивку. Мне кажется, то, что не приносит удовольствия, нет смысла делать. В конце концов, в нашей жизни неприятного и так хватает, чтобы ещё и заставлять себя вышивать.

– Терпение и покорность очищают грехи совести, – уверенно произнесла Айлери, погружая Аяну в прохладную толщу мутного уныния.

– Что закончить? – подошла к ним весёлая Гелиэр.

– Я про свою вышивку. Капойо сказала, что её нужно бросить, раз она не доставляет удовольствия. Ты тоже так думаешь?

– Я не знаю, – пожала плечами Гелиэр. – Мне приятно вышивать с вами и болтать, но я об этом не задумывалась. Моя вышивка теперь тоже пылится, – хихикнула она, но посмотрела на Аяну, потом на Айлери, которая шла, разглядывая носки своих тёмно-розовых туфелек, и явно упала духом.

– Да. У тебя прибавилось хлопот, – кивнула Айлери. – Ты теперь тоже замужем.

Гелиэр ещё больше помрачнела, покосившись на Аяну, и Айлери заметила это.

– Можно тебя на минутку? – натянуто улыбнулась она, шагая к Гелиэр. – Капойо, иди вперёд.

– Аяна, она сказала мне, что у тебя слишком много свободного времени, – сказала Гелиэр, закрывая дверь. – Она сказала, чтобы я заняла тебя работой, потому что ты говоришь странные вещи и ведёшь себя дурно и странно.

– Она не первая говорит такое.

– Она сказала, чтобы я поскорее избавилась от тебя.

Аяна ошарашенно замерла, сведя брови.

– Что?

– Не смотри на меня так, – пожала плечами Гелиэр. – Она говорит, что твоё поведение недопустимо в таком хорошем доме, и советует, чтобы я не дожидалась окончания договора и поговорила с Миратом, чтобы он отпустил тебя.

Аяна схватилась за переносицу.